Анна (ansari75) wrote,
Анна
ansari75

Category:

Когда люди поют.

« — Знаешь, когда люди поют?
— Когда нет слуха и голоса?
— Когда они счастливы!.. »


В одном посте автор писал о том, как раньше любили петь. Пели на праздниках, на застольях, дома, у костра. А теперь песенная традиция ушла из нашей жизни.
В ответ автора обозвали совком (как же без этого), привели примеры того, что он ничего не понимает в современности, что советские песни – это вообще, скука и старье.
Но в самом деле, что такое «песня» и почему никто больше не поет песен в домашней обстановке, в походе, на отдыхе.
Не будем забираться вглубь веков и начинать искать тот период, когда песня из религиозно-ритуальной стала частью эстетического воспитания личности, когда она получила идеологическую нагрузку и обрела мелодику.
Песня в отличие от высокого искусства всегда была частью повседневной жизни человека. Песней убаюкивали детей, песней отмечали радостное или горькое событие в жизни. Песней помогали в тяжелом труде.






«Нам песня строить и жить помогает». И это в самом деле так. Песенный жанр оттого и получил развитие в быту, что песня доступна в исполнении большинству людей. Она мелодична и эмоциональна. Она наиболее полно выражает состояние человеческого духа, когда обычные слова слишком просты и незначительны.
Сколько песен было спето когда-то в народной среде. Сколько песен пелось в советское время. Ни одно застолье не обходилось без песен. Ни один поход в студенческие годы не обходился без песен.
Матери пели детям, укачивая их. Дети пели в детских садах и школах. Хоровое искусство – самое распространенное, доступное и эстетически значимое, было всегда востребовано.
Народные песни, церковные песнопения а капелла, строевые песни и романтические. Романсы, которые первоначально исполнялись не со сцены, а в кругу друзей и семьи. Все эти виды песенного жанра до сих пор остаются востребованными в обществе.
Но вот странно, оставшись в качестве хорового пения в церкви, на эстраде, в качестве сольных номеров в концертах, песня ушла из семьи и из жизни обычных граждан. Даже в молодежном кругу вы не услышите, чтобы собравшиеся решили спеть что-нибудь хором или попросили кого-нибудь исполнить романс или песню. Не поют на туристических тропах. Не поют на отдыхе. Не поют даже маленьким детям.
Но это не значит, что песня никого не интересует. В городе вы всегда увидите массу молодых людей с наушниками. Они слушают песни. Они не могут не слушать даже во время занятий или ходьбы. Они слушают песни постоянно, заглушая шум улицы, голоса людей и природы. Это стало своего рода наркотиком, изолирующим личность от слухового общения с миром.
Та же молодежь, да и люди постарше не только слушают, но и поют. Только вот поют они исключительно для себя, для выхода эмоций, приняв определенный допинг. И происходит это не в компании друзей и не на природе, а в дорогих караоке-барах.
Психологи советуют развлекать младенцев пением. И мамы исправно включают им радио или магнитофон, приучая детей к чужому голосу и музыкальному оформлению. Но вряд ли ребенку заменит запись голос матери и пусть простенький, но музыкальный текст а капелла, живой гармоничный и доступный младенческому слуху.
Может быть вам приходилось наблюдать за животными, когда они внезапно слышат с экрана телевизора голос птицы или другого животного. Они в одно мгновенье оживляются и тут же разочаровываются. Их нельзя заставить слушать машину и верить ей. Они не принимают эмоций живого существа и не могут в ответ активизировать собственные эмоции.
Так и с человеком. Он может слушать сколько угодно песен в записи, может увлекаться хоровым церковным пением или ходить на концерты исполнителей романса. Но слушая, он не может восполнить ту часть эмоциональной потребности, которая дается только собственным пением. И вот для выхода этих эмоций и существовала традиция песни в домашнем кругу, на праздниках, в общении с ребенком.
В коллективе легко петь даже тем, кто не обладает «ни слухом, ни голосом». Как часто в церкви в советское время прихожане становились на клирос и пели вместе с хором. Это была традиция, потому что в Библии сказано: «от избытка сердца говорят уста». И пение давало именно этот необходимый избыток сердца.
Почему же сейчас люди осмеливаются петь только крепко приняв «на грудь» в специально для этого созданном караоке-баре? Потому что иного способа приобщиться к пению сейчас нет.
На клирос их не пускают. Теперь там поют профессионалы. Хоровые традиции забыты. И не только в школах, но и в студенческой среде больше нет самодеятельных хоров и их соревнований. Теперь везде процветают профессиональные КВН.
Но караоке – это дань жажде и потребности человека «выразить в звуке все силу страданий» своих. Прогресс есть прогресс. Теперь и песни пишут не авторы, а компьютеры. Вот и получается, что песня обрела форму и содержание, отвечающие современным веяниям. А веяния таковы, что как у Емели в сказке «По щучьему велению, по моему хотению» все за тебя сделает техника: и песню напишет, и споет за тебя. А если очень хочется, то можно и присоединиться к технике и спеть не своим голосом вместе с ней. Удобно.
Теперь и самодеятельность у нас удобная: «сам швец, сам жнец и на дуде игрец». Есть такое замечательное мероприятие на ВДНХ , называется «Вдохновение». Хочешь стать актером? Пожалуйста. Даже сцену тебе соорудили прямо перед главным павильоном, перед памятником Ленину, закрыв его этой сценой, чтобы ненароком Ленин не возмутился безвкусицей и бессодержательностью действ.
Суть всех мероприятий в том и заключается, что ничему не нужно учиться, не нужно никаких зрителей. Развлекай себя сам и думай, что ты артист, певец, художник. Это своего рода караоке, где человек что-то делает через себя и свои способности для других, а только для себя, без взаимосвязи с другими. Это как обед в ресторане: только для тебя и только по твоему желанию. Приятно, но только для желудка.
Для души – ни сколько. Человек такое существо, что делать все только для себя и восторгаться только собой и для себя грозит ему умственным расстройством. Он должен иметь не только эмоциональный выход собственных чувств, но еще и взаимообмен эмоциями с соучастниками или зрителями. Не может даже театр или эстрада быть только способом развлечь публику и заработать деньги. Но, видимо, нынешний прогресс или нынешнее понимание свободы к тому и идут, что все для развлечений почтенной публики, но с условием очень приличной платы за эти развлечения.
На потребу и выливается в потребу.
Много ли современных песен вы сможете спеть? Сами для себя, дома, в компании, детям, но только своим голосом, своим слухом и музыкальной памятью?
Думаю, что не очень. Да, в караоке и на концертах попсовых певцов публика может подпевать и орать во все горло «без слуха и голоса». Но вне этих заведений попсовые песни можно только слушать. Мелодии в них нет и потому они без аккомпанемента не исполнимы.
Зато в театре все наоборот. В театре нет эмоционально оправданного действия, и потому любой дилетант может сыграть любую роль, лишь бы помнил слова, или изобрести своего героя.
Невоспроизводимая сложность в одном жанре и абсолютная легкость в другом. И вот тут уместно вспомнить о симулякре.
Симулякр -
это вовсе не то, что скрывает собой
истину, - это истина, скрывающая, что ее нет.
Симулякр есть истина.
Так написал французский постмодернист Жан Бодрийяр , хотя на самом деле симулякр – это всего лишь копия того, что существует.
Симулякром были и произведения искусств, и иудейский Голем, и привидения. Но в понимании постмодернистов симулякр больше не должен быть копией. Он должен отражать суть вещей, не имея подчас ничего общего с оригиналом. Концепт, вот то, что осталось от образа, соединяющего форму и содержание. Теперь истина – это симулякр.
И истина эта очень горькая. Она говорит о духовном оскудении человеческой души. Ведь если ты не можешь выразить песней свое настроение, если ты не можешь сопереживать героям в театре, если живопись тебе явленная всего лишь чей-то концептуальный, но бессмысленный для тебя жест ради жеста, то что остается человеку?
Напрасно любители современности обзывают все еще здоровых и потому чувствительных и эмоциональных людей совками. Проблема не в том, что был СССР, а в том, что было время, когда человек был творцом, а не потребителем и потому мог писать пьесы, петь песни, смотреть и участвовать в любом эстетическом действии.
Теперь же не мода на песни в компании или за столом ушла. Ушли песни, которые можно петь.
«Форма может отражать и выражать Содержание. Она может быть безразличной к Содержанию. И она может уничтожать Содержание. Уничтожая Содержание, Форма становится «превращенной».
Именно это и произошло с нашим новым миром. Форма осталась. Ведь есть песни, есть спектакли, есть живопись. Но форма эта «превращенная», потому что не имеет содержания, которое выражало бы эмоциональный настрой души, которое можно было бы повторить, которому можно было бы сопереживать и которое было бы доступно не самому художнику, а всем, уничтожено полностью.
Крайний индивидуализм не позволяет теперь личности быть творцом для всех. Личность создает свое видение мира, свое понимание истины и она же в конечном счете является и потребителем собственного концепта. Субъективизм перерос объективизм в такой пропорции, что объективная реальность стала ему не нужна. Эмоциональная часть человеческой души начисто отторгнута постмодернистским субъективизмом, чтобы позволить выражать самое себя и считать только свое видение мира и эмоций истинным.
Но не правы те, кто полагает, что это высшая ступень. Это своего рода вверх по лестнице, ведущей вниз. Иными словами человечество опускается на ту ступень, с которой начинало свой путь к высокой культуре. Разобщенность и взаимонепонимание.
В принципе потеряв эстетическую составляющую, обозначенную еще Аристотелем как катарсис, все виды современного искусства потеряли и смысл своего существования. Вначале умер Бог, а вслед за ним умирает то, что первоначально родилось из поклонения Ему: высокая культура и искусство. В данном случае речь идет о Боге не как о религиозном догмате, а как о состоянии человеческого духа, стремившегося к совершенству и бессмертию через любовь и самопожертвование.
Недавно МХАТ им. Чехова представил новое прочтение пьесы Чехова «Три сестры». Для оригинальной современности - барон Тузенбах теперь женщина. А для духовности – все диалоги, монологи и общий разговор ведутся без эмоций, простым чтением текста.
Церковный идеал человеческого состояния – это бесстрастность. Идеал святости – это общение с Богом один на один без посредников и рекомендаций общего порядка. Все древние религиозные песнопения имеют характер не просто унисонного пения, но речитативного, в котором мелодия не живет самостоятельно, а соединена со словом в единое целое. Подобное пение имеет характер гипнотического действия, не позволяя эмоциям выйти наружу.
Сейчас унисонный знаменный распев повсеместно возвращается в церковь. И он уже не пробуждает в прихожанах желания стать на клирос и петь.
Это звенья одной цепи: с одной стороны крайний субъективизм постмодернизма, с другой – примитивизация с целью отсечения эмоций.
Кто и что захочет петь в компании? И петь нечего, и петь некому. Любое действие, имеющее эмоциональную окраску, всегда работает на зрителя как на соучастника. Даже пресловутый концепт подразумевал слушателя, будь то Бог или человек. Нынешний мейстрим – уход от зрителя и его соучастия. Это наивысшая степень потребительского подхода к жизни, хоть и пытаются нынешние мыслители придать этому процессу вид погружения в сущность вещей. Потребитель – это тот, кто живет и поглощает реальность для себя, даже если он нагружает это потребление субъективностью и концептом. Именно так поворачивают нашу культуру силы, которые боятся будущего.

Tags: традиции культура современность
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Православная церковь, получившая свободу.

    Демонтаж Никодимова наследства. Итоги яркой синодальной недели в РПЦ МП Заседание Священного Синода РПЦ МП (очное 13 апреля и…

  • Единственный выход

    Государство, нацеленное на войну Об официальной исторической памяти. В истории СССР было два несомненных триумфа добра, два…

  • Зимняя Москва 1959 года

    Я люблю смотреть старые фотографии. Это как машина времени. Люди, лица, обстоятельства. Может это потому, что в то время фото…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment