ansari75

Category:

Андреев Василий Васильевич


Василий Андреев родился в городе Бежецке Тверской губернии в семье купца первой гильдии Василия Андреевича Андреева и его жены дворянки Софьи Михайловны (в девичестве Веселаго) 3(15 по новому стилю) января 1861 года. Отец его умер через год, а мальчика растил отчим - Нил Николаевич Сеславин. В 1872 году семья переехала в Петербург. Мальчик рано начал интересоваться русским-народным творчеством и особенно музыкой. «14 лет от роду я играл самоучкой на 12 инструментах, не зная ни одной ноты», - писал Василий Васильевич в воспоминаниях. В старших классах гимназии он занимался на скрипке у профессора Санкт-Петербургской консерватории Н.В. Галкина.

Большое значение на музыкальный выбор Андреева оказали две встречи, одна - в 1883 году в селе Марьино Вышневолоцкого уезда, где было имение Андреевых с балалаечником-самородком Антипом и потом через год - с балалаечником-любителем бежецким помещиком Александром Степановичем Паскиным. Помещик играл блестяще, виртуозно. Послушав его, Андреев заказал для себя балалайку у бежецкого мастера Антонова.

Вот как сам А.С. Паскин вспоминал об этой встрече: «Будучи страстным любителем музыки, я слыхал и балалайку еще в руках крепостных людей моего деда, генерала Нилова. Но должен сказать, что игра приказчика и кучера не производила на меня впечатления, так как инструменты у них были весьма плохого качества, да и репертуар слишком ограничен... В один из своих приездов в Бежецк В.В. Андреев встретился со мной в доме друга моего П.А. Байера, у которого на рояле лежала балалайка. Как истинный любитель музыки, Василий Васильевич, конечно, обратил на это внимание, и мне пришлось исполнить его желание и поиграть. Впечатление у него осталось очень сильное... Тогда же он говорил, что слышал балалайку у себя в деревне, но музыкант играл левой рукой, да притом и балалайка у него была очень плохая, самодельная... После свидания со мной Василием Васильевичем была немедленно заказана балалайка столяру Антонову, который сам играл довольно порядочно».

В 1883 году Андреев занялся усовершенствованием народных великорусских музыкальных инструментов.

В 1884 году он отважился выступить в качестве солиста-балалаечника в благотворительном концерте в Самаре, а в 1886 году с новой, улучшенной в акустическом отношении балалайкой дебютировал в Петербурге в зале Благородного собрания. Незаурядная одаренность и обаяние в сочетании с аристократическим лоском быстро превратили Андреева в кумира великосветских салонов и законодателя мод.

В 1887 году по чертежам Андреева создана хроматическая балалайка и ее разновидности: пикколо, прима, альт, и бас, издана первая «Школа для балалайки», открыты классы игры на ней в Соляном городке в Петербурге, организован «Кружок любителей игры на балалайках». Выступление этого Кружка в зале Городского Кредитного общества в Петербурге 20 марта 1888 года стало первым в истории Андреевского оркестра.

в 1888 году в русском обществе развилось широкое увлечение народными инструментами (особенно балалайкой). Появился большой спрос, в связи с которым возникло усиленное их производство мастерами музыкальных инструментов. Стали издаваться школы и ноты.
«Не только мужчины, но и дамы из высшего общества с большим увлечением играют на балалайке. Балалайки проникли в гимназии, лицей, правоведение, войска, везде образовываются кружки... Несложный инструмент, певучий мотив и легкость игры, не требующей продолжительной и трудной подготовки, делают его доступным массе. В три минуты я могу обучить играть на балалайке «Барыню». Но в то же время это настолько гибкий инструмент, что иногда требуется полтора года обучения для того, чтобы сыграть некоторые другие произведения. Балалайка сделалась теперь излюбленным инструментом в нашем интеллигентном обществе... Но, конечно, на успех в интеллигентном обществе я смотрю как на нечто скоропреходящее. Балалайке место не здесь. А в народе, в который она и будет занесена через отслуживших свои сроки солдат, у которых теперь организовано правильное обучение игре на балалайках» - говорил Андреев.

В интервью корреспондента «Петербургской газеты» (1898 год) на вопрос «Каким образом у вас зародилась мысль пропагандировать балалайку?» Андреев ответил: «Около 10 лет тому назад, живя в своем имении в Тверской губернии, я, случайно услышав однажды балалайку, увлекся ею и посвятил целый год на изучение её. Когда я затем приехал в Петербург, мою игру услыхал профессор Н. Быстров, который и уговорил меня выступить в музыкальном обществе. Мне было тогда очень жутко, но блестящий успех, выпавший тогда на мою долю, ободрил меня. Игра понравилась, и балалайка стала с тех пор быстро распространяться в городе. Тогда я бросил всё и всецело посвятил себя балалайке. Она была подвергнута мной многим изменениям и усовершенствованиям, однако с сохранением принципа прототипа этого инструмента. Мной было обращено внимание на устройство лучшего резонатора и подбор балалаек по тонам. В настоящее время имеется балалайка от тона контрабаса до пикколо. Пришлось мне также с секстетом поехать в качестве концертанта за границу, и там наша игра имела также шумный успех. Теперь я даже могу высказать полную уверенность, что через несколько лет балалайка за границей найдет также большое распространение. После поездки за границу успех наш был уже обеспечен. Здесь в России во множестве стали образовываться кружки любителей».

Василий Васильевич Андреев, любя народ и веря в его силы, сразу принял Октябрьскую революцию. Ему казалось, что теперь силы народные будут раскрепощены, и открывается широкая дорога перед деятельностью таких людей, как он сам. Он предложил переименовать оркестр в «Первый народный государственный оркестр». Начал много ездить с выступлениями перед красноармейцами. Бойцы даже пишут письма советскому правительству с благодарностью за возможность услышать «оркестр под управлением товарища Андреева».

Андреев добился введения обучения игре на балалайке в армии. Тысячи и тысячи мужчин, возвращались из армии домой, научившись хорошо играть на этом инструменте. Андреев считал, что «музыка была до сих пор привилегией образованного общества, между тем значение её в народе несомненно. Народ тоже имеет свои духовные запросы, и вот эти-то запросы оставались неудовлетворенными. Когда рабочий день кончен, что остается у труженика деревни или фабричного поселка? Только одно - беспросыпное пьянство. Взгляните теперь, как расцветают фабричные оркестры балалаечников и какой живой струей это музыкальное течение влилось в серую фабричную жизнь. Появились самоучки и таланты, явился дух соревнования. Фабричные оркестры пользуются большим успехом у местного населения, доказывая, что музыка так же отвечает запросам народа, как и интеллигенции».

Обучение людей в армии Андреев считал очень удобным, очень организованным. Научился - демобилизовался - теперь и сам играй и других учи.

Андреев добился учреждения в войсках штата преподавателей игры на балалайке, а сам он был возведен в должность «заведующего преподаванием народной музыки в войсках гвардии».

И до Андреева на балалайках играли. Но это считалось чем-то примитивным, мужицким. Хороший музыкальный мастер считал для себя оскорблением просьбу сделать балалайку. Артист считал за унижение выступать в концерте с балалаечниками. А вот благодаря фанатической настойчивости и таланту Андреева, его неуемной энергии балалайка не только стала уважаемой, но и будет основой оркестра. Андреев «создал новую область музыкального творчества - русское народно-инструментальное искусство письменной традиции - явление уникальное не только в отечественной, но и во всей мировой музыкальной культуре, так как представляет собой особый сплав элементов фольклорного и профессионально-академического искусства» -говорил исследователь творчества Андреева М. И. Имханицкий.

Василий Васильевич Андреев писал: «Когда я начинал свою работу для создания Великорусского оркестра, я чувствовал себя, как одинокий человек в первобытном лесу, прокладывающий новую дорогу. Надо было вырабатывать размеры каждого инструмента, входящего в состав оркестра, усовершенствовать их в звуковом отношении, сохранить в неприкосновенности их народные черты и, в особенности, выработать приемы игры на них. Наконец, позаботиться о литературе, которой не существовало, привлечь исполнителей и сотрудников, добыть средства для их вознаграждения, выработать ансамбль. Решительно все надо было вновь создавать, а главное, бороться с полным недоверием и жестокими предрассудками против самого названия инструмента «балалайка», которое столетие служило синонимом антимузыкальности и так незаслуженно оскорбляло чувство национального достоинства. Но с помощью многих долголетних сотрудников мне удалось это глубоко народное искусство поставить на должную, по праву принадлежащую ему высоту и направить на верный путь. Искусство объединяет, а «в единении - сила», и чем больше, чем шире будет распространяться музыка по лицу земли родной, тем лучше».

Стоит также отметить, что образование Великорусского оркестра было бы невозможно без участия Н.П.Фомина, который взял на себя все технические вопросы организации коллектива. Именно под его руководством непрофессиональный любительский кружок превратился в тот самый оркестр снискавший впоследствии мировую известность и славу.

В России заслуги Андреева признали в полной мере только после огромного успеха Великорусского оркестра за границей.

А за границей поначалу были настроены скептически. Вот в Англии первый концерт оркестра. Выходит Андреев, занимает место дирижера. Раздались два-три поощрительных хлопка, пока никаких аплодисментов. Мол, посмотрим, послушаем. Пошел первый номер программы. По окончании его какой-то шепот пошел по залу. Аплодисментов никаких. После второго номера публика зашевелилась, раздались аплодисменты. Потом все больше и больше слушатели проникались, а после исполнения «Эй, ухнем» наступила сначала гробовая тишина, а потом началась просто буря аплодисментов. Англичане, сдержанные англичане требовали повторить. Андреев не знает, что делать. Ему режиссер перед началом концерта сказал, что здесь не вызывают на повтор и повторов не будет. Что делать? Подбегает режиссер и просит срочно повторить на «бис». Занавес распахивается - и снова звучит наша великая волжская песня... Английские музыкальные критики подняли в газетах оркестр Андреева на небывалую высоту. Срочно переписывается контракт, оркестру продлевают пребывание в Англии. К Андрееву приходят английские музыканты, просят дать ноты некоторых русских народных песен. Во всех самых фешенебельных ресторанах начинает звучать русская музыка. При появлении Андреева в ресторане тут же начинают играть «Эй, ухнем».

Вот как очевидец описывает последний концерт Великорусского оркестра в Англии: «При появлении оркестра на сцене в последнюю субботу раздались нескончаемые аплодисменты. Пока Андреев раскланивался, он стоял буквально под непрерывным дождем цветов. Затем начались подношения. Театр гудел. Когда, наконец, Андреев встал на возвышение и хотел начать свою программу, внезапно театральный оркестр заиграл русский гимн... Пятитысячная толпа неумолчно аплодировала во все время исполнения русского гимна, он был повторен три раза, когда, наконец, публика несколько успокоилась и стала занимать места. Андреев, обернувшись к публике лицом, начал играть английский гимн. На сцену полетели опять цветы. Весь театр пел, аплодисменты покрывали голоса и оркестр... В этот вечер в предвидении оваций программа была не особенно большая. По окончании всех номеров Андреев выходил несколько раз на аплодисменты и после четвертого или пятого вызова взошел на возвышение и, опять обернувшись лицом к публике, начал играть прощальную песню. Тишина в зрительном зале. Как будто никто не узнал первых звуков. Но через несколько мгновений произошло что-то такое, чего нет возможности описать. Что-то похожее на прорвавшуюся чудовищно-огромную плотину, на рев бури огласило весь театр. Крики, свист, аплодисменты - все слилось в какой-то общий хаос. А когда на половине исполнения этой песни оркестром Андреева взмахнул палочкой и г. Ля Рондель, капельмейстер театрального оркестра, и присоединился с последним к Андрееву, и в воздухе витали две дирижерские палочки, то казалось, вот-вот разрушится все здание театра и обломки его смешаются с неистовавшей толпой. Что это был за момент! Немудрено, что среди этого торжества мелькали носовые платки около глаз плачущих. Какое единение сердец. Это чувствовалось. Вся атмосфера театра дышала дружбой и братством». Это воспоминания Ю.А. Мансфельда, секретаря и переводчика Андреева во время гастролей Великорусского оркестра в Англии в 1909 - 1910 годах.

Столь же триумфальные гастроли проходили и во Франции, и в Германии, и в Америке. В 1892 году во Франции Андреев был избран почетным членом Французской академии искусств «за введение нового элемента в музыку». В 1900 году на Всемирной выставке в Париже В.В. Андреев был награжден Орденом Почетного легиона и Большой золотой медалью Выставки. В Америке в 1911 году выпустили грампластинку с записью Великорусского оркестра. В 1913 году ему пожалован титул надворного советника, а в 1914 году − звание «Солиста Его Императорского Величества».

Прекрасно прошли концерты оркестра Андреева с участием знаменитой певицы Надежды Плевицкой в Москве.

Великорусский оркестр родился из Кружка любителей игры на балалайках. У него были свои успехи. Он гастролировал по России, был даже на гастролях во Франции. Но в в 1896 году Андреев понял, что кружок перерос свои рамки, надо преобразовывать его в серьезный оркестр.

Андреев всего себя отдал музыке. Нужны были неимоверные силы, беспредельное здоровье, чтобы работать так много, как он. Василий Васильевич прожил всю жизнь с матерью. Своей семьи у него не было. Он весь был в музыке.

В. Андреев любил отдыхать в селе Марьино Вышневолоцкого уезда. Здесь, в имении матери был обустроен небольшой домик, который обычно посещали его многочисленные гости. Здесь он создал первую мастерскую по изготовлению народных инструментов. Первым мастером, русским Страдивари был Семен Иванович Налимов.

Смерть друга стала для Андреева большим горем. Он изготовил 300 инструментов, которые до сих пор считаются непревзойденными.

 В 1917-18 годах выступал с оркестром на фабриках и заводах, на фронтах гражданской войны.
      Андреев сочинял пьесы для балалайки и оркестра. И сейчас в программах многих коллективов можно часто встретить написанные им вальсы, мазурки, полонезы, марши, другие произведения.
   В 1918 году Василий Васильевич возродил свою мастерскую. Из Петрограда в Марьино переехал П.В. Оглоблин, который подобрал способных ребят и начал обучать их сложнейшему мастерству. Так появился своего рода учебный центр, который был очень нужен молодой республике.

Ученики и сам Оглоблин работали с увлечением, их продукция пользовалась спросом, но после смерти Андреева мастерские проработали лишь год. Оглоблин не стал оставаться в осиротевшей усадьбе и вскоре ее покинул.

Когда грянула революция, Андреев не прекратил играть. Его оркестр отправился на гастроли на Северный фронт, где он, дирижируя, выступал на морозе перед солдатами, одетый только во фрак, чтобы показать слушателям свое к ним уважение. В декабре во время этих гастролей Василий Андреев все-таки простудился и вскоре умер. Хоронили великого музыканта в Александро-Невской лавре. На похороны приехал его друг Федор Шаляпин. Он с нежностью погладил покойного по голове и со слезами на глазах произнес: «Вася, Вася. Что же ты сделал?».

       Первоначально был погребён на Никольском кладбище в Александро-Невской лавре в городе Санкт-Петербург.
      В 1936 году перезахоронен в Некрополе мастеров искусств (бывшее Тихвинское кладбище) в той же лавре. Могила на Композиторской дорожке.
      В 1950 году на могиле установлен памятник - постамент с урной.

Василий Васильевич Андреев (1861-1918) – выдающийся патриот России, реформатор русских народных инструментов, создатель и руководитель первого Великорусского оркестра, общественный деятель, педагог, композитор, дирижер, исполнитель-виртуоз на балалайке и гармонике.

В результате неутомимой и бескорыстной педагогической деятельности Андреева в войсках, железнодорожных училищах, на курсах сельских учителей, - балалайки и домры распространились по всей России, а вместе с инструментами возвращались и народные песни.

Благодаря триумфальным гастролям Кружка, а затем Великорусского оркестра в странах Европы и США, русские инструменты завоевали популярность далеко за пределами России, проникли во все слои общества.

Делу возрождения народных инструментов В.В. Андреев отдал не только все свое состояние, но и всю жизнь.

Дело, начатое Андреевым, получило дальнейшее развитие за годы Советской власти.Отдавая дань уважения  выдающемуся музыканту и композитору В. В. Андрееву в связи с 120-й годовщиной со дня рождения, управление культуры организовало 6-8 февраля 1981 года областной праздник народной музыки. Он прошел в Бежецке и районе, Молдине, Удомле, Калинине. 

В 1989 году праздник был переименован в фестиваль «Бежецкая балалайка».

В 1996 году название музыкального праздника переименовано в областной фестиваль «Андреевские дни».  

В Советское время праздник был по-настоящему праздником памяти заслуг и творчества Василия Андреева. Но времена меняются. Имена даже великие, никому особенно не нужны, особенно имена тех, кто поддержал Великую Социалистическую революцию. И вот уже в 2014 году праздник «Андреевские дни» обретает новое звучание и новые оттенки.

 В 2014 году исполняется 130 лет со дня встречи Василия Андреева с бежецким помещиком Александром Паскиным – балалаечным виртуозом Тверской губернии. Можно сказать, что с этой встречи и началась история первого великорусского оркестра. Вот такие события теперь становятся самыми значимыми. 

Областной фестиваль «Андреевские дня» проводится ежегодно. Но он был и остается региональным праздником, не звучащим на всю Россию, хотя значимость личности Василия Андреева для всей русской культуры, для всей России неоспорима. 

Обидно, что как всегда в последнее время память о советской эпохе изгоняется даже из истории оркестров. Если вы не помните как в советское время назывался оркестр народных инструментов им. В.Андреева, то найти его название в советский период будет очень трудно. На всех сайтах вам будет сказано:Сегодня он называется  Государственный русский оркестр им. В. Андреева, ранее Императорский Великорусский оркестр. И все. Ни слова, что он с 1925 года именовался  РУССКИЙ НАРОДНЫЙ ОРКЕСТР ИМ. В.В. АНДРЕЕВА ЛЕНИНГРАДСКОГО РАДИО И ТЕЛЕВИДЕНИЯ.

В разное время художественными руководителями были народный артист РСФСР С. Ельцин, заслуженный деятель искусств РСФСР
А. Н. Михайлов, заслуженный работник культуры РСФСР А. Я. Александров.
В многочисленных письмах советских и зарубежных радиослушателей выступления первого радиооркестра народных инструментов получили одобрение и поддержку. К 10-летнему юбилею в оркестре насчитывалось 33 артиста, в большинстве случаев бывшие участники художественной самодеятельности. Не случайно поэтому все музыканты оркестра начали основательное изучение теории музыки, гармонии и истории музыки, что очень скоро сказалось на его работе.

В 1936 году в связи с постановлением Государственного комитета по делам искусств при СНК СССР был организован при Ленинградской филармонии оркестр русских народных инструментов на базе оркестра им. В. Андреева и группа артистов оркестра радио во главе с концертмейстером В. Окулевичем была отозвана в него. Перед оставшейся на радио группой музыкантов вновь возник вопрос о комплектовании оркестра. Вскоре штат оркестра был пополнен музыкантами из художественной самодеятельности.
В первые годы Великой Отечественной войны на радио работал ансамбль всего из 7 человек, остальные оркестранты ушли на фронт. В 1943 году в оркестр Радиокомитета начали возвращаться фронтовики, и к окончанию войны в коллективе насчитывалось около 40 музыкантов. Филармонический оркестр им. Андреева и оркестр радио были объединены, и коллектив стал называться Русский народный оркестр им. Андреева Ленинградского радио и (позже) телевидения. В период с 1949 по 1950 г. гл. дирижером и художественным руководителем был нар. арт. РСФСР П. И. Нечепоренко. В последующие годы оркестр возглавлял заслуженный деятель искусств УзССР Г. А. Дониях. С оркестром выступали дирижеры К. И. Элиасберг, Э. П. Грикуров, Л. Стоковский, солисты Ленинградского Государственного академического театра оперы и балета им. С. М. Кирова. Для коллектива создали оригинальные сочинения целый ряд ленинградских композиторов: Ю. Зарицкий, Ю. Щекотов, А. Бояшов, Б. Кравченко, Е. Сироткин, А. Петров, Б. Глыбовский и др. С 1977 года оркестр возглавил выпускник Ленинградской и Новосибирской консерваторий В. П. Попов.
Под его управлением состоялись премьеры таких крупных произведений, как оратория Л. Балая «Радость земли», Концерт для оркестра народных инструментов Б. Глыбовского, Симфониетта, Сюита В. Бояшова, и др. В 1981 году в программе из произведений композиторов-лауреатов Ленинской премии, подготовленной навстречу XXVI съезду КПСС, была исполнена кантата Г. Свиридова «Курские песни».
Одновременно с обновлением репертуара новыми произведениями советских композиторов коллектив активно осваивал традиционный репертуар андреевского оркестра. Многие произведения русской классики, сочинения Глинки, Мусоргского, Бородина, Чайковского и других композиторов зазвучали в оркестре ярко, свежо, виртуозно.

Особое внимание было обращено также на исполнение произведений основателя оркестра В. В. Андреева и его сподвижников, а также оркестровые обработки русских народных песен и созданные на фольклорной основе оркестровые произведения.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic