Анна (ansari75) wrote,
Анна
ansari75

В клубе друзей Иова пополнение

На этот раз скудоумие под видом прозорливости явил епископ Питирим Творогов

(https://www.facebook.com/dmitry.sverdlov/posts/10216253363425784)

Про Лиссабонское землетрясение владыка не слыхал. 1 ноября 1755 года рухнувшие огромные храмы раздавили тысячи прихожан, пришедших на мессу в честь Дня всех святых. Из 275 тыс. человек, населявших город, погибло более 90 тыс.
Это стало катастрофой для традиционной теодицеи и церковной риторики а-ля Питирим.

"Бог, творец и хранитель неба и земли, изображавшийся мудрым и милостивым в первоначальных учениях веры, поступил в этом случае вовсе не по-отечески, поразив одинаково гибелью и добрых, и злых" (Гёте)

"После землетрясения, которое разрушило три четверти Лиссабона, мудрецы страны не нашли способа более верного для спасения от окончательной гибели, чем устройство для народа прекрасного зрелища аутодафе. Университет в Коимбре постановил, что сожжение нескольких человек на малом огне, но с большой церемонией, есть, несомненно, верное средство остановить содрогание земли" (Вольтер).

Отчасти под влиянием этой беды в этике профессора Канта было постулировано, что человек это всегда цель и никогда не средство.

Но этика наших преосвященных совсем иная. Они сами манипулируют людьми, и - вполне по законам социоморфизма - полагают, что и веруемый ими Бог тоже строит такие далеко идущие планы: а не сжечь ли вот этих трех детей, чтобы их папа "покаялся" и по воскресеньям ходил в храм и нес денежку преосвященным.

Про скудоумие надо пояснить. В православной традиции вообще тема теодицеи никогда не разрабатывалась.

Лего-набор цитат для объяснений беды невелик:

- это ему за грехи
- это чтобы впредь не грешил
- это для вразумления его близких.

В этом смысле вл. Питирим просто озвучил один из традиционных вариантов.

А скудоумие в том, что выпускники семинарских инкубаторов не могут понять, что прежние златоустые перлы уже не срабатывают и даже вызывает негативную реакцию. Это касается не только риторических штампов, но и облачений с бубенчиками, и многого другого.

***
А как надо?
Если жто беседа с плачущим родственником умершего ребенка - любые примиряющие модели сгодятся, но при усоовии, что они приемлемы для плачущего Тут не до логики. Если ты чувствуешь, что твои слова вызывают согласие, утешают - продолжай. Но если чувствуешь отторжение - тут же меняй пластинку. Этот "онлайн" возможен при задушевной личной беседе "над гробом младенца". Но не в чате с третьими лицами (а именно сюда и попер вл. Питирим со своими "духовностями).

_____________________________________

P.S. Именно Лиссабонское землетрясение потрясшее всю Европу изменило ход богословской мысли, заставив общество сомневаться в теории теодицеи, в которой априори оправдывающая управление Вселенной добрым Божеством, несмотря на наличие зла в мире. Известно, что термин этот ввел Лейбниц в 1710 году. Уж слишком сомнительно к тому времени стало это "мудрое Божественное управление" раз за разом повергающее человечество в страдания и скорби. Но после Лиссабонского землетрясения, в стране наиболее верующей, наиболее застроенной храмами, в день Всех Святых во время молитвы сильнейшее землетрясение буквально в 5 минут унесло тысячи и тысячи жизней и в первую очередь молящихся.
Более того, пострадали не самые богатые. Они не привыкли рано вставать и потому к трагическому моменту были еще дома за некоторым исключением.Во время землетрясения король Жозе I, его супруга Мария Анна Виктория и четыре их дочери находились в королевской резиденции Белем в предместьях Лиссабона и физически ничуть не пострадали.
Если идти за логикой новой нашей власти, то смерть всех этих верующих - акт великой божественной любви, спасшей 80 тыс жизней от греха.
Но почему-то современники усомнились в правильности и спасительности этого действа. Французский энциклопедист, Жан Жак Руссо, рассматривал Великое лиссабонское землетрясение 1755 года в качестве доказательства своей теории «естественного человека»: «Если бы больше народа жило на природе, то выжило бы значительно больше людей». Вольтер восстает против землетрясения как против злой несправедливости, которую можно было не делать, которой не следовало делать. С событий в Лиссабоне Вальтер начинает упорную, систематическую борьбу с суевериями, жестокостями, несправедливостями всякого рода, со всеми остатками варварства, которые он назвал общим именем Infâme.
Лиссабонское землетрясение 1755 года затронуло и научное развитие. После трагедии европейские страны стали уделять больше внимания сейсмологии и письменно фиксировать все подробности землетрясений: их продолжительность, количество афтершоков, поведение животных и т.д. На основе собранных данных предпринимались попытки спрогнозировать землетрясения в будущем.
Только у нас подобные события стали вызывать не здравомыслие и анализ событий для поиска причин, а только мракобесие и анахронизм, толкающий вперед не научную мысль, а суеверия и верноподанические реляции.
Tags: трагедия кемерово
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments