Анна (ansari75) wrote,
Анна
ansari75

С чего начинаются литература и искусство.

Для чего существует литература, музыка, живопись? Если вы думаете, что для вашего развлечения, то глубоко ошибаетесь. Все виды творческой художественной деятельности, заключенные в слове, музыке и изобразительном искусстве, с самого начала имели иную цель, чем мы полагаем.
Когда искусство и литературу связывают с религией, то забывают саму сущность религии. Все эти виды разумной и эмоциональной деятельности человека имеют целью, прежде всего, вечность и духовность.
В литературе человеку важно было сохранить время, себя и свои идеалы. Молитвы, псалмы и прочее религиозное творчество это из той же серии: запечатленное мгновенье, но не бытия, а чувства и мысли.
Иными словами, человек всегда знал, что вечность – это память в поколениях и создание идеала в душах для сохранения этой памяти.
Сколько бы вы не брали романов, рассказов, пьес, даже из разряда бульварщины, все равно человек подсознательно, даже в труде ради денег и заработка, хочет сохранить часть своей личности и память об окружающем. Иначе даже в детективах была бы только схема, а не описание места и людей.
И вдруг современный мир полностью устранился от реальности.
Будь то литературы, живопись, скульптура, музыка, в них вы больше не найдете того, что будущему поколению расскажет о нашем времени. А ведь когда читаешь Диккенса, Толстого или Чехова, ты видишь эпоху в мельчайших деталях лучше, чем если бы читал энциклопедию.
А жанровая живопись начиная от Древнего Египта до соцреализма?
В начале века Дзига Вертов мечтал уничтожить игровое кино и оставить только документалистику. Теперь же уничтожено и то, и другое, потому что восторжествовало только иррациональное, обращенное внутрь себя, начало.
В литературе нет больше ни одного из известных жанров: ни классицизма, ни романтизма, ни сентиментализма, ни реализма. Осталась публицистика и всевозможного рода фантазии, даже если они и опираются на реальность, как у Пелевина, Проханова или Крусанова, суть их – болезненный сюрреализм, воспаленная фантазия или политические спекуляции. Они не сохраняют ни эпоху, ни личность, они не несут этической нагрузки, они не заставляют плакать, сопереживать негодуя и тем самым учиться высоким духовным наукам гуманизма и красоты.
Стравинский когда-то сказал, что музыка есть вещь сама в себе, независимо от того, что она внушает слушателям. Именно такими стали все виды и жанры искусства.
Творцы пытаются сохранить только собственное сиюминутное «я», в образе, в звуке, в слове.
Никогда будущие поколения не поймут, как мы жили по картинам и скульптурам нынешних художников. Мир заполонили не только абстракция, сюрр или концепция, но даже в реалистической живописи преобладают портреты в костюмах прошлых веков (Шилов), пейзаж, фантастика, мещанское благолепие с крестами, куполами и ангелами в цветах. Правда, есть фотография. Она одна что-то пытается сохранить вне глянцевых журналов и реклам. Но она – часть того, о чем мечтал Д. Вертов – документалистика, а не собирательный образ и личностное переживание.
Но вот со словом произошло еще более печальное перерождение: оно ушло в мир иной. В прямом смысле: фэнтези, фантастика, тот же сюрр, штампованные любовные истории, детективы, боевики без личностей и бытовой канвы. Эти истории с успехом можно отнести к любому времени и любому народу.
Советский проект был последней попыткой удержать человеческое общество в границах его предназначения: вечность и духовность. И то, и другое требует особого отношения к искусству и культуре в целом. Во-первых, понимания человеком своей связи с народом, среди которого живет, а во вторых, сохранения времени, в которое он и этот народ действуют.
Соцреализм должен был вернуть миру цель жизни ради будущего. К сожалению, человек, начавший освобождаться от общества, уже не мог подавить личностное ради общественного.
Будет время, и мы еще скажем спасибо и советским художникам, и писателям, запечатлевшим эпоху, свое время и мир вокруг них. Пренебрежение к соцреализму – это дань холодной войне и диссидентству, это глупость людей, поверивших пропаганде врага и не попытавшихся понять, что и зачем творит художник.
Человеческая личность на протяжении тысячелетий подвергалась не только развитию, но и искажению под влиянием социальной среды, где господствовала частная собственность, чтобы создать богатства для избранных за счет бедности большинства.
Но чем дальше шел мир по пути свободы в условиях классового общества, в условиях частной собственности и власти капитала, тем ожесточеннее эгоизм ( не примитивный бытовой эгоизм, а эгоизм как эгоцентризм, возвышение собственного «я» над миром) личности требовал самоудовлетворения.

Казалось бы парадокс: люди прошлого, религиозные, верящие в жизнь после смерти, стремились сохранить в этом мире через искусство и литературу своих близких, свое время, самого себя, а теперь, когда человек стал арелигиозен, и уже не надеется на Бога и будущее, он вдруг отказался от памяти. Но ни парадокса, ни противоречия в этом нет. Быть вне религии не значит быть атеистом. Атеизм – это убеждение, и как любые убеждения он требует от человека осознания реальности и понимания своего места в этом мире. Атеист глубоко связан с реальным миром и быть индивидуалистом-эгоцентристом для него совершенно непрактично.
Другое дело современный человек вне религии. Он ощущает себя бессмертным априори, здесь и сейчас. Он не способен задуматься о будущем и живет только настоящим. Он не уязвим для страха смерти, он лишен сострадания, сопереживания, слез жалости и конечно, ему незачем говорить: «мгновенье, ты прекрасно. Остановись…» эту сакральную фразу для всех художников и творцов. А медицина уверяет его, что может всегда спасти, может вернуть молодость, может даже достичь бессмертия в скором будущем. Человек попал в плен артефактов, говорящих ему о вечности. Он уже не чувствует время и потому не стремится его остановить в своем творчестве. Он думает только о себе и о том, чем поразить мир, чтобы его этот мир запомнил. Не человек должен запомнить мир и время, а они должны запомнить его. Вот суть перемен.
Свобода уровняла всех и дала права всем. В масштабе мира человеку нет возможности проявить себя традиционно, и он ищет новые пути.
Иными словами, человек возвращается к своему первобытному состоянию. Он становится на позицию животного, с которым сейчас очень тесно общается, перенимая от него манеру поведения и восприятия жизни.
Либерализм виноват? Ни сколько. Либерализм – это лишь констатация факта возвращения человека к первобытному состоянию. Регрессия по Дарвину.Не сам либерализм по себе, а управление с его помощью в доведении до абсурда свободы личности, отрицание ею морали и нравственности с целью извлечения удобств и удовольствий только для себя.
Социальные связи для такого человека – это лишь удобства и необходимость существовать, опираясь на предоставленные услуги, защиту и блага. Но он абсолютно невосприимчив к эмоциональной духовной сущности этого общества. Отсюда всякого рода абстракции в искусстве, наркотический бред и фантазии в литературе. Отсюда такая легкость в убийстве ближнего из ревности, обиды, копеечного выигрыша, отсюда бессердечие детских драк и отношения к животным.
Обратите внимание на все сферы человеческой деятельности, на законодательство, на воспитание и развлечения. Везде человек заявляет о себе как о личности, не связанной с обществом духовно и эмоционально. Это первобытнообщинное общество на более высоком технологически витке прогресса. Условности отсутствуют, этика и мораль подчиняются только законодательству, развлечения и отдых – соревновательного типа. Так когда-то рождались танцы, музыка, поэзия.
Посмотрите на народные танцы, если они не ритуальные. Это всегда соревнование: мужчины – женщины, мужчины друг с другом, пары друг с другом. Стихи на арабском Востоке до сих пор сочиняются экспромтом за праздничным столом как соревнование. Музыка имеет тот же характер импровизации ради отличия.
Условности и обычаи родились в классовом обществе, но они требовали повышения эмоционального фона, требовали усложнения взаимоотношений через внимание к ближнему в той мере, в какой необходимо было устранить произвол личности там, где законодательство бессильно.
А культура, искусство и литература призваны были совершенствовать духовные качества личности и сохранять память о своем времени.
Но те, кто стремится вернуть традиционное общество, как спасение от либерализма, ошибаются.

Либерализм всего лишь идеологическое оформление капитализма. Не в нем дело. Дело в том, что экономически человеческое сообщество подошло к возможности жить без классов и частной собственности. Богатство и власть в руках небольшой группы людей – это архаика и она тормозит дальнейшее духовное развитие личности, как ответственной разумной общественной единицы, искажает понимание свободы, превращая свободу духовную в свободу безответственности и эгоизма. Почему? Да потому, что упрощенным до начальной стадии, человеком легко управлять. Даже религия и вера сейчас обрели формы ранних религий и потому не способны быть воспитателями эгоистической личности.

Но не стоит ругать свободу. Невозможно уничтожить свободу и признать традиционное общество благом, вместе с его запретами, диктаторскими методами управления личностью, навязыванием классовой морали и религии, но и невозможно не признать, что свобода в классовом обществе принимает подчас черты нигилизма и эгоцентризма.
Мир должен измениться в социально – экономическом отношении. Вот то условие, при котором свободная личности получит возможность не усугублять свой эгоизм, а понимать себя, как часть мира и общества.
Итак, творчество и культура перешли от вечности и духовности к индивидуализму и вызову. Человек, освободившись от многих традиций архаического классового общества, понял эту свободу как возврат к началу, т.е. к человеку родоплеменных отношений. Человек этот по психологии не эгоист в понимании поздних обществ. Он скорее познаватель самого себя безотносительно коллектива. Он видит мир, но наблюдает только себя и не слишком стремится соответствовать каким-то условным нормам, потому что с одной стороны он не имеет свободы экономической, а с другой - находится под влиянием деформирующих личность пропагандистских приемов по оглуплению и дезинформированию личности.
Нынешний человек еще не вполне понял, что есть что. Но если взглянуть на все сферы его жизни, то приходится убедиться, что первобытный человек – это свободный человек и ограничивал его только примитивный способ производства.
Но совсем иначе представляют себе мир и общество те, кто связан с идеями Домостроя, традиционного патриархального общества и религией.
Вот пишет православный блогер: «Праведность сама по себе аутентична патриархальности и вне неё смотрится как бьющаяся рыба на песке. Праведнику всегда хочется вернуться в патриархальную воду и он пойдёт ради этого и на смуту, являясь неблагонадёжным для большой церковной политики.
Народы, вышедшие из патриархальности, однозначно лишаются праведности. Праведности нет, как факта, хотя вы и ищете её в седине бород состарившихся в монастырях стариков. Духовная власть не в патриархальном обществе требует развитого навыка лицемерия.»
Можно ли на самом деле считать подобную концепцию верной? Дело в том, что есть лишь два способа добиться «праведности», нравственности, культурного и духовного совершенства: принуждение или воспитание. Принуждение есть именно то, что делают власти в условиях диктатуры, даже если это абсолютистская монархия или патриархальное общество.
Воспитание есть изменение социальной среды в условиях отсутствия эксплуатации, частной собственности и предоставления возможности получать образование и свободу от условностей и традиций, сформированных классовым обществом.
Tags: культура политика
Subscribe

  • А что мы знаем о церкви в СССР кроме гонений?

    Мы стали очень доверчивыми. Мы верим всем мифам о Советском Союзе, особенно чувствительны мы к теме гонений на церковь православную. На самом же…

  • Бог един для всех.

    Глава РПЦ МП наградил орденом Андрея Рублева куратора «программы-200», исповедавшего себя иудаистом Патриарх Кирилл (Гундяев)…

  • Лакмусовая бумажка адекватности

    "Вопиющий случай!" Новое правило в храмах стало поводом для драки Пандемия в России стала своего рода лакмусовой бумажкой…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments