Анна (ansari75) wrote,
Анна
ansari75

«В Аркадии счастливой» - Ретроспектива

Saracyn

Балы, шампанское и… рабство, хотя и заменили это слово другим, русским словом – крепостничество. Идеализация царской России, как идеальная христианская страна, напоминают наяву, только хищническое разграбление и навязчивое «христианское» раболепие пред золотым тельцом.

Мифический образ – «Российскую Империю населял богобоязненный народ, который верил и молился во славу царского благолепия». Народ того времени выставляются образцом для подражания, к которому должны стремиться современные новоиспеченные христиане.

Так думают многие, но так ли все было?



Крепостничество введенное церковью, три с лишним века, нещадно эксплуатировало русский народ. Жгли, топили, секли; продавали, дарили, завещали по наследству, как товар или скотину. Очень скупа наша история по этой тематике, церковный цензор стоял на страже.

Отмене крепостничества предшествовали восстания непокорного народа. За десять лет до реформы 1861 г. было сослано в Сибирь 410 крестьян за террористические акты против помещиков.

За это - же время насчитывается 559 крестьянских восстаний, из коих особенно внушительным явилось восстание крестьян Витебской губернии, о чем историк М. М. Покровский так сообщает:

«В движении приняло участие около 10.000 человек. Приготовляясь к выступлению, крестьяне добывали оружие, покупали порох, выливали пули, перековывали лемеха на пики. Полиция, пробовавшая их остановить, понесла полное поражение. Поражение потерпели и небольшие военные отряды. По свидетельству очевидцев, крестьяне шли, придерживаясь всех военных правил.

Впереди шла партия мужчин в 150 чел., вооруженная палками, косами и т. д.

По бокам, в середине и в хвосте шли тоже вооруженные люди. Чтобы подавить это движение, пришлось отправить целый полк пехоты и несколько сотен из других полков».

Крымская война еще больше взбудоражила миллионные крестьянские массы и восстания усилились. Возросли восстания на Киевщине, вошедшие в историю под названием «киевской казаччины».



Это крестьянское движение продолжалось три месяца и проходило весьма организованно. Восстание было жестоко подавлено силами шестнадцати эскадронов драгун, двух саперных рот, батальона егерского полка и дивизионом артиллерии.

Война и эти беспрерывные восстания в разных областях империи – основной фактор, заставивший правительство поспешить с объявлением манифеста об „освобождении" крестьян от крепостной зависимости ибо...

И освободили… крестьяне «вышли на свободу» ободранные до нищеты, без каких-либо запасов, в одних портках, некоторые даже и без крова.

Из рабства сразу в кабалу – за кусок хлеба, за кров для детей.

«Ни в одной стране в мире крестьянство не переживало и после «освобождения» такого разорения, такой нищеты, таких унижений и такого надругательства, как в России». (В.И. Ленин)

Вот так…

«Балы, красавицы, лакеи, юнкера,

и вальсы Шуберта, и хруст французской булки»...

И. С. Аксаков в своих дневниках пишет, что только в одной Германии укрылось от народного гнева 275 тысяч семей помещиков. И в то же время автор спрашивает сам себя: - «Кем вернутся отроки, обученные там, в Германии, для России, для ее народа»?

А где же церковь и ее «белое, пушистое» духовенство?

Народ всегда считал православие „казенной верой» и массами уходит в раскол.

«Ваша православная вера, - говорил один беспоповец И. С. Аксакову, изучавшему раскол в Ярославской губернии, - есть вера казенная, гражданская, не на живом, искреннем убеждении основанная, а служащая одним из орудий правительству для поддержания порядка».

Кроме массы лиц, окончательно порвавших всякую связь с господствующей Церковью и ушедших в раскол, повсюду можно встретить множество людей, не вступивших еще ни в какую особенную секту, но в то же время вполне равнодушных к церкви.

Они не ходят в церковь, не причащаются, и только изредка исповедаются, чтобы быть записанными по духовным росписям, бывающими у исповеди.

«В 14 приходах 1-го стана Ярославского уезда, из 17.930 прихожан, бывающих у причастия только 4.300 человек».

Если в современных понятиях раскол – это только крестьянин с бородой и в зипуне, то это глубокое заблуждение. Это эпоха религиозного, духовного поиска, захватившего все общество, начиная с самых верхов и кончая самыми низами.

Так во главе одного стоял сам император Александр 1, вместе с некоторыми из своих ближайших сановников. Большая часть декабристов, с их лидером Пестелем были старообрядцами, и их движение носило прогрессивный характер. Все эти движения к прогрессу жестко пресекался церковной православной инквизицией.

Декабрист князь Шаховский Ф.П. помилованный светским судом, был привлечен церковным, до самой смерти содержался в одиночке, в тюрьме Суздальского монастыря.

Книга декабриста Тургенева Н.И. написанная в 1818 г. «Экономика России» («Опыт теории налогов»), написанная по просьбе императора через 9 лет была признана еретической и сгорела в пламени инквизиции.

«Во многих селениях, - говорит чиновник – исследователь Арнольди, - видно совершенное равнодушие к вере. В приходе села Коробова, Костромского уезда, числится 1.320 душ, из которых, по словам священника, можно подозревать в расколе не более 10 человек, между тем в праздник Покрова Богородицы у обедни было только три лица из всего прихода».

То же и во многих других приходах. «В приходе села Сельца 684 души, из них не бывает на исповеди 523 душ, кроме раскольников. В приходе села Самети из 1.948 душ не бывает у исповеди до 1.400 душ».

Подобная пропорция относится почти ко всей губернии. В приходе села Уреня числится 5.662 душ, между тем в большие праздники в церкви бывает не более 4 или 5 человек.

«В Кологривском уезде, - говорит другой официальный исследователь, Брянчанинов, - нет раскола, но народ равнодушен к вере (официальной), и церкви большею частью бывают пусты».

В половине шестидесятых годов в Симбирской губернии разом обратилось в раскол более двадцати пяти тысяч. В 1867 году половина города Петровска, Саратовской губернии, (около пяти тысяч) перешла в раскол.

В том же году половина села Богородского, Горбатовского уезда, Нижегородской губернии, в числе трех тысяч человек оставила православие и примкнула к расколу.

В 1879 году, на происходившем в Москве старообрядческом соборе, Виталий Уральский предложил на обсуждение собора вопрос о присоединении к его пастве 8,000 человек разных «иноверцев» из жителей Пермской и Оренбургской губернии.

Рабоче-крестьянские волнения 1905 года, вызвали волну противоречий. И даже вопрос о казнях, рассматривался на самом высоком уровне – в Государственном Совете Империи. Борис Кубанский присутствовавший на Совете пишет репортаж с заседания:

«Разбирается вопрос о казнях. Вот говорят назначенные члены - старые сановники, поседелые в полезных трудах полицейского департамента, вот встают совсем ветхие бюрократы, высохшие в тиши канцелярий, разом с мухами, что устлали дно чернильниц на их точеных «бюро».

Сухие люди - сухие речи. Впрочем, речи иных благорасположены к человеческой немощи: иные бюрократы - за отмену казней.

Приятно и лестно.

Даже неловко, но приятно.

Неловко ведь, это так необычно: русский чиновник и милосердие. Мы так привыкли, что на нас без причины топали ногами, кричали на нас с бешеной пеной у рта, гнули нас в бараний рог, карали за «недозволенные» собрания - эти самые сановники и аггелы их, - такие изящные и вежливые кавалеры на раутах знатных иностранцев, такие.

Неловко, но приятно…

Увы! Недолга наша радость...

С кресел поднимается священник - утвержденный, признанный начальством ученик Христа - смиренного, всепрощающего, всемилостивого...

Мы ждем слов терпения, смирения, любви... Ждем...

Священник говорит... Речь его полна злобного яда. Он за казни, он требует казней для врагов своих, костлявой старческой рукой он туже затягивает узел веревочной удавки на их вытянутых шеях. Он кощунствует: называет Кроткого Учителя Жизни сторонником казни - так как нет в Великой книге Благовестия, учеников Его, прямого запрещения убийства.

Я вспоминаю - нет в той книге запрещения воровства, лжи, зависти, всего уже запрещенного заповедями. В заповедях стоит: «не убий». «А с дозволения начальства - бей», говорит депутат - священник... Смиренно…

Сколько злобы... море крови – законно - пролитой... Тяжело и вспоминать... Газета падает.

Перевожу взор на стену, Кроткий любящий взор Христа смотрит на меня с иконы.

Тебя, Учитель, тоже казнили – иерусалимские фарисеи, иерусалимская черная сотня и римский губернатор Пилат Понтийский распяли тебя. У народа, давшего Тебе учеников, шедшего за Тобой толпами, Тебя отняли; Тебя, говорившего о любви, о братстве, звавшего к себе трудящихся и обремененных... Распяли и к гробу Твоему приставили солдат. Народ обманули богатые властные лицемеры - и погубили»...

А вот еще речь священника.

Во время пребывания в городе Баку в 1898 г., Католикос сказал несколько поучительных речей, из которых газета «Каспий» приводит в своем номере, одну, произнесенную на обеде в его честь:

«Как я вижу, вы все, господа присутствующие здесь, люди состоятельные, богатые, живете в неге и удовольствии. Но кто для вас трудится день, и ночь увеличивает ваше благосостояние?

Простой рабочий, которому вы обязаны всем. Все то, что находится перед нами на столе, роскошные блюда, все это результаты тяжкого труда простого рабочего, произведенного им в поте своего лица.

Но рабочий, доставляя всем обильную и роскошную жизнь, сам влачит очень жалкую жизнь, очень часто пребывая на хлебе и на воде.

Кто же должен заботиться об улучшении материального положения рабочего, его быта, озаботиться об его образовании, о воспитании его детей и т. п., если не вы, хозяева его.

На вашей обязанности лежит позаботиться обо всем этом, так как рабочий трудится для вашего благосостояния. Об этом я прошу вас и пью за здоровье простого рабочего».

Какие диаметрально противоположные взгляды. Вот за такие мысли, где отсутствует сословность, раннехристианская армянская церковь подвергалась гонениям.

Разве был в истории иерарх в русской церкви, который бы возвысил свой голос против рабства - крепостного права?

Разве был священник, протестовавший против порки и истязаний, когда телесные наказания совершались под хоругвями православной церкви?

Если общество было равнодушно к религии, то, как сама церковь это воспринимала? В первый месяц после революции Временное Правительство в лице Керенского издает «Постановление об отмене вероисповедальных и национальных ограничений».

В дни февральской революции духовенство решает было собрать всероссийский поместный собор. Синод, в том же в 1917г. при Правительстве Керенского, решил освещать жизнь церкви в своей новой газете «Свободная церковь».

Знамя газеты – редакционные задачи, поставленные высшим духовенством перед клиром: решительное возвращение к золотому веку апостольских времен и отсюда:

Соборность церкви,

Соединение церквей.

Свобода совести.

Евхаристия, как основа нового приходского строя.

Самоуправляющий приход.

Отделение церкви от государства.

Раскрепощение духовенства. (Рис. в заглавии)

Так что новая власть, власть Советов, своим Декретом от 1918 года удовлетворил желание духовенства.


Tags: Православие
Subscribe

  • Киров читающий. 1960-е годы

    Широко известно устойчивое утверждение, что «СССР был самой читающей страной мира». Конечно, все далеко не так однозначно, как бы…

  • Песня года

    После войны в европейских странах стали появляться различные песенные фестивали. Среди первых - фестиваль итальянской песни в…

  • Выставка знакомых вещей

    Отношение к стране Советов сейчас у всех разное, но большинство наших жителей были рождены именно в ней. В чем-то это была…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments