Анна (ansari75) wrote,
Анна
ansari75

Category:

Любовь апостольская


В Православии существует очень много умных и полезных притч и поучений. Вот говорит апостол Павел о любви:

« Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий.
Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто.
И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы.
Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится,
не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине;
все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.
Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся,
и языки умолкнут, и знание упразднится.»
Первое Послание к Коринфянам апостола Павла


Кто может сказать лучше? Но кто может исполнить сказанное? Две тысячи лет звучат эти слова, но люди не стали ни в чем лучше или любвеобильнее. Почему?
Священник скажет вам, что человек грешен и потому не может вместить истину.
А мне хочется сказать словами диакона из Чеховской «Дуэли»: «…какой у вас есть критериум для различения» любви настоящей и ложной?
А никакого. Это то же самое толстовство, только изложенное в канонически утвержденном «Послании к коринфянам», а не в статьях графа Льва Толстого, мало того, что не канонических, так еще и христианина, отлученного от официальной церкви. Иными словами, любовь – не юридический термин, а духовно-нравственный. И кроме самого человека никто ему не укажет на настоящую любовь. Но есть еще социальная среда, которая это духовное чувство может окружить условностями и традиционными обычаями таким образом, что трудно уже отличить искренность от лжи и лицемерия,.
К примеру, было и такое понимание апостольской любви, как меч, разделяющий своих и чужих, гонение язычников, потом философов и богословов, потом инославных и иноверцев. Инквизиция, и крестовые походы, и завоевание Америки велись под знаком любви, великой любви к грешникам ради их спасения и приобщения к истинной вере.
Итак, где мы найдем критерий любви?
Вот семья, в которой любят друг друга. И разве не способны родители на убийство ближнего, но чужого ради спасения своего? Готовы. И органы отобрать и на смерть обречь ради родного чада.
Бездетные родители. Готовы они взять чужого сироту? Как правило, нет. Но вот прибегнуть к любому врачебному средству, магии и шарлатанству, чтобы зачать своего – готовы.


И где апостольская любовь? Она – утопия, вымысел? Отнюдь. Но любить может только тот, кто забывает себя и свои амбиции. Во времена апостола Павла тем смыслом или стержнем, вокруг которого могла произрастать любовь – была вера в Бога. «Бог дал, Бог взял». Это единственное средство, в силу которого человек смирял свои амбиции и признавал свершившееся непреложным для себя фактом. Нет детей, значит, ты не достоин их иметь. Плохо учится ребенок, не проявляет талантов, не оправдывает твоих надежд, значит это Промысел Божий смирить твои амбиции и гордыню, а не вина школы или учителя. Заболел и умер твой родной человек – все смертны и значит такова воля Божия.

Любовь приобреталась через собственное смирение перед Богом и обстоятельствами. Высокие идеалы достигались любовью к Богу. С развитием знаний и науки люди, разочаровываясь в вере, находили способ научиться любви через совесть и развитие этических норм. Те же самые высокие идеалы самоотречения стали осуществляться ради прекрасного будущего всего человечества. Период социализма показал, что при отсутствии сословной и материальной разницы между людьми, достичь этических норм поведения, где уважение, если не любовь в полной мере, к ближнему были возможны. Что же случилось с людьми сейчас? Эгоизм, непонимание смысла жизни, полное несоответствие слов и дел стало результатом безудержного разрастания эгоизма, несдерживаемого ни совестью, ни этикой. Что же касается закона, то он, являясь производным господствующих социальных отношений, не может ни защитить, ни исправить человека.
А случился возврат к капитализму без рождения новой религии или идеологии, и этот капитализм привел общество к цинизму, эгоизму и нравственной деградации.
«Cuius region eius religio». В том-то и беда нынешнего обращения к церкви, что учение ее просто кричит о том, что общество, где господствует право сильного и богатого никогда не будет Евангельским, сколько б ни пытались внедрить в школы уроки христианской этики. Ни истмат, ни диамат не являлись таким жестким критиком современного капитализма, как сам Новый Завет. И при этом нас все время пытаются убедить, что раз церкви вернули храмы и позволили безпошлино торговать и служить н а виду у всех, то значит нынешнее время очень соответствует учению Христа. Но научите капиталиста любви, о которой говорит апостол Павел. Впрочем, сам же апостол дал им шанс: «если я раздам все имение мое, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы». Значит можно и не раздавать. Все равно доказать имею я любовь или нет, невозможно. На том и заканчиваются красивые поучительные слова, не переходящие в дела.
Вера превращается в лицемерное исполнение обряда и в следование нелепым суевериям, где все дышит нетерпимостью, ненавистью к ближнему или инакомыслящему (сглаз, деление на духовных вампиров и жертв). Подобная вера ничто иное, как неприятие ближнего своего, тот меч, который разделял без любви и сострадания. Идет соревнование в правильности поста, молитвы, но никак не в любви и всепрощении.
Критерия истинной любви нет в том смысле, в котором нет критерия абсолютной истины. Но если еще раз прочесть слова апостола Павла, то любовь можно определить, как готовность жить не для себя, а для своего ближнего. Это самопожертвование в самом высоком духовном смысле этого слова. Не случайно во все времена чтили память героев, отдавших жизнь за свой народ, за свою Родину.
И нет большего зла, чем оскорблять их память и, под видом правды, пытаться дискредитировать великие, великие именно своей жертвенностью, личности.
Христиане чтут память своих святых, которые заслужили эту святость именно жертвенностью, не для народа, но для Бога. В конечном счете, их любовь к Богу и жертвенность сделали их заступниками народными в глазах Бога.
Но почему же нынешние православные с такой ненавистью и злобой говорят о героях, жертвовавших собой и своими жизнями за благо народное, минуя Бога. Древние греки чтили героев, которые совершали подвиги ради народа. Им это было можно. Но большевикам, комсомольцам, коммунистам это оказалось нельзя. Что приобретали большевики за свой подвиг? Палаты каменные? Злато-серебро как Вексельберг или Усманов? Чем оскорбила высокие либеральные чувства Зоя Космодемьянская? Тем, что совершала подвиг бескорыстно, и не пыталась увезти с собой золотой запас как адмирал Колчак?
«21 Вы слышали, что было сказано древним: “не убий”, – а если кто убьет, даст ответ перед судом.
22 Hо Я говорю вам, что всякий, кто гневается на брата своего, даст ответ перед судом; а если кто скажет брату своему: “рака!” – даст ответ перед Синедрионом; а если кто скажет брату своему: “безумный!”- даст ответ в огне Геенны.
23 А потому, если принесешь ты дар свой к жертвеннику, а там вспомнишь, что брат твой имеет на тебя обиду,
24 оставь дар твой там, перед жертвенником, и сперва ступай, примирись с братом твоим, а тогда приходи, приноси свой дар».
И кто из православных или нынешних свободолюбцев-демократов, почитающих РПЦ, как главный идеологический центр, помнит эти слова? А ведь все разом сделались православными. Где уж им помнить и понимать слова апостола Павла о любви, если они понятия не имеют об учении, которое так дружно решили распространить повсюду?

Да нет. Все они прекрасно понимают. Просто критерии понятия любовь у них свои. Они по примеру средневековых инквизиторов решили поклониться золотому тельцу как истинному богу и ему принести в жертву всех, кто прежде и теперь не согласен с ними. Из всего Евангелия они усвоили только одну фразу: «не мир пришел Я принести, но меч». Вот этим мечом они и пытаются уничтожить память о тех, кто исповедовал истинную любовь апостола Павла, а не мнимую любовь рыночной экономики.
Христос сказал «Не человек для субботы, а суббота для человека» и «Не то, что входит в уста, оскверняет человека, но то, что выходит из уст» (Мф. 15, 11)
Но нашим православным отцам, нравятся поучения иного рода И всякая жена, молящаяся… с открытою головою, постыжает свою голову, ибо это то же, как если бы она была обритая. Итак муж не должен покрывать голову, потому что он есть образ и слава Божия; а жена есть слава мужа. Ибо не муж от жены, но жена от мужа. Посему жена и должна иметь на голове своей знак власти над нею, для Ангелов ».
Совершенно очевидно, что поучения апостола Павла - это этические нормы, обусловленные временем, тогда как слова Христа – вневременная истина. Но зачем нам истина? Нам нужно принижать, заставлять, ломать волю человека, лишая его свободы. Вот что главное в настоящем возврате к церкви. А ведь даже в тот период, который для нас вдруг стал идеалом, а именно: Россия до 17 года, все было не совсем так, как нам навязывают:

Tags: апостол павел, любовь Христос православие
Subscribe

  • Святая Параскева, нареченная Пятница

    Христианство и язычество — две стороны древнерусского праздника. Особое благоговение православных перед великомученицей Параскевой Пятницей,…

  • Братские союзы

    Б ратья и сестры, которые перешли от совместных детских игр к совместному творчеству, — не редкость в российской истории. Вспоминаем, что стало…

  • Каргопольская игрушка

    Каргопольская глиняная игрушка — традиционный промысел в Архангельской области. О том, сколько лет самой старой фигурке, как в давние времена мастера…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments