ansari75

Category:

Новая среда обитания.

Задавить Толстого

Через улицу от музея-усадьбы Льва Толстого в Хамовниках начато строительство семиэтажного офиса.

Это новый тур застройки бывшей усадьбы Всеволожских, более известной как шелковая фабрика Клода-Мари Жиро, в советские годы – «Красная Роза» (улица Тимура Фрунзе, 11).

Здесь еще до рождения Архнадзора был уничтожен господский дом, старейший на то время деревянный дом Москвы, а новодел на его месте получил… реставрационную премию мэрии.

Позднее была отреставрирована Картинная галерея при фабрике, работа выдающегося архитектора Романа Клейна (стр. 46), и можно было осторожно предполагать, что застройщик поставил себя на правильную ногу.

Не тут-то было.

Новый проект озаглавлен «Реконструкция под бизнес-центр с устройством подземной автостоянки». «Реконструкции» подвергаются два кирпичных здания (стр. 61 и 60А) фабрики Жиро.

В основе строения 60А – каменная часть жилого особняка рубежа XIX-XX веков. Деревянная часть была утрачена предположительно в 1920-е годы.

Строение 61 — бывший жилой дом, вероятно, предназначавшийся для сотрудников фабрики.

Концепция проекта опубликована на сайте архитектурного бюро «Kleinewelt architekten».

А единственная найденная нами экспертиза проекта датируется 2019 годом, заказана тем же проектировщиком и посвящена мерам сохранения соседних памятников.

Интересно сопоставить эскиз проекта с его описанием в экспертизе:
— освобождение существующих исторических строений от пристроек к объемам;
— сохранение части стен и фундаментов строений 61 и 60А;
— сохранение масштаба застройки;
— «облачный» объем офисного пространства – «семиэтажный двухчастный объем преимущественно прямоугольной формы», разделенный горизонтально зоной кафе в уровне третьего этажа.

Как сочетается «сохранение масштаба застройки» с «семиэтажным облачным объемом», знала, наверное, только автор экспертизы.

Что касается «сохранения части стен» исторических корпусов, то уже сейчас их неспешно разбирают, причем в отсутствие инфощита. Наверное, это как раз «другие части».

Масштаб застройки улицы Льва Толстого задан прежде всего музеем-усадьбой Льва Толстого. «Облачный» (то есть якобы светопрозрачный) семиэтажный объем напротив дома писателя, на восход от него, на деле превратится в темную громаду, нависающую над самой знаменитой хамовнической усадьбой с ее уникальной атмосферой загорода в городе.

По нашим сведениям, Музей Толстого не был привлечен к обсуждению и согласованию проекта.

Казалось бы, музей мог быть спокоен: по закону усадьбу и ее окружение защищает объединенная охранная зона памятников, в которой – далее цитата, наизусть известная нашим читателям – «запрещено строительство, за исключением применения специальных мер, направленных на сохранение и восстановление (регенерацию) историко-градостроительной или природной среды объекта культурного наследия». На деле, судя по множеству примеров последнего времени, эта норма закона больше не работает в Москве Собянина, как не работала в Москве Лужкова.

Как именно семиэтажное строительство отвечает требованию регенерации, экспертиза не сообщает, поскольку посвящена другой теме – воздействию стройки на усадьбы Всеволожских и Толстого.

Из текста экспертизы следует, что для устройства подземной части нового объекта разрабатывается котлован глубиной до 5,29 м. Что радиус зоны влияния от разработки котлована при заданных конструкциях ограждения и методах крепления составляет 21,2 м. Главный дом усадьбы Толстого находится на расстоянии 14,2 м от котлована, то есть попадает в зону его влияния. Что касается наземной части, «выполненные расчеты показали, что максимальная величина зоны влияния нового строительства не превышает 12,8 м от границ контура проектируемого котлована».

«Строительство бизнес-центра с подземной автостоянкой, — заключал эксперт, — не окажет негативного влияния на объекты культурного наследия».

Так что теперь мы совершенно спокойны.

_______________________________

P.S. Ах, как мы переживаем об изменении климата на планете. Но почему-то никто не переживает из-за изменения среды обитания.   

Уничтожение старых особняков и перестройка районов — это не только уничтожение памятников истории. Это уничтожение привычной комфортной среды. Ведь гораздо спокойнее и удобнее видеть дома, а не высотки. Ходить по улица, а не обходить кварталы замкнутого пространства, где вокруг высоких многоэтажек гуляет ветер, когда-то перебиравшийся по крышам невысоких зданий.

А инфраструктура? А дорожное движение? А наличие развязок над головами и крышами?

Когда-то Рязанов высмеивал типовые советские многоквартирные дома, типовые кинотеатры, типовые квартиры.

 А нынешние типовые квадраты из двадцатиэтажных коробок без балконов и лоджий, без школ и детских садов уже и высмеивать не хочется. Так все уныло и далеко от самого человека.

Старые кинотеатры, к слову, типовые, теперь стали не типовыми огромными монстрами, соединяющими в себе двадцать кинозалов и массу магазинчиков. Эдакий типовой кинотеатр гигантских размеров вместе с ТЦ. И выгодно, и забот меньше.

Нынешние люди — это безликая масса из машин и коробок — домов.  Вряд ли это комфортная среда, как нас уверяют. И когда-нибудь она обратится против нас, как сейчас оборачивается против нас климат и природа.

В Советском Союзе даже типовые кинотеатры, гастрономы, школы и детские сады никоим образом не разрушали среду обитания. Они учитывали и историю, и внешнюю красоту и главное, города были для людей. Все генеральные планы в застройке городского пространства учитывали прежде всего удобства жителей.

Теперь для Собянина Генеральный план застройки города- советская устаревшая система. Строй где хочешь и как хочешь.

Вот и получается, что в школах по тридцать первых классов на все буквы алфавита. А школа на тысячу с лишним учеников. Где уж знать всех учителей и директора детям, а у среди учеников знать своих одноклассников по параллели — несбыточная мечта.

И задаешь себе вопрос: при такой стадности для чего вообще-то живет человек?

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic