ansari75

Category:

Цензура или воспитательная мера.

Президент России Владимир Путин подписал федеральный закон о санкциях за цензуру в отношении российских СМИ. Как сообщает РИА Новости, зарубежные соцсети будут наказывать за ограничение доступа к контенту российских СМИ из-за расовой, национальной или политической принадлежности.

Еще недавно все так радовались свободе слова и уверяли всех, что цензура бывает только в тоталитарных системах, а вдруг открылось, что западные СМИ манипулируют цензурой. Разве такое может быть? Разве свобода и цензура совместимы?

«Во времена СССР был один телевизионный канал, на котором была одна программа новостей — „Время“. Сейчас это трудно себе представить. Сейчас тысяча каналов, цифровое телевидение, любая альтернатива в сочетании с интернетом, — заявил Киселев. — У нас вы можете молоть все что угодно в эфире, не будучи ограниченными ни традициями, ни политкорректностью. Вообще ничем. Поэтому говорить о какой-то цензуре — странно. Россия вообще — чемпион мира по свободе слова». 

В 1985 году, когда публичная библиотека в Неймегене решила убрать с полок книгу Чарльза Буковски «Истории обыкновенного безумия» после жалобы одного из читателей, который объявил эти рассказы «очень садистскими, порой фашистскими и дискриминационными по отношению к определенным группам людей (включая гомосексуалистов), Буковски незамедлительно ответил блестящим письмом, в котором содержался прямой выпад по поводу сущности цензуры:

«Цензура - это орудие тех, кто ощущает потребность скрывать действительность от самого себя и от других. Такой страх – это просто неспособность взглянуть в лицо реальности, и злиться на них за это я не могу. Я лишь ощущаю ужасающее уныние. Когда-то в процессе воспитания этих людей ограждали от реальных фактов нашей действительности. Их учили смотреть только в одну сторону, хотя существует много сторон».

 Кто же вам скажет, что цензура всегда была и будет, и уйти от нее не удавалось еще никогда и никому, если речь шла о формировании общественного мнения.

Вся разница лишь в том, что при официально существующей цензуре есть официальный орган и официальные цензоры или Художественные советы, как во времена СССР, не пропускавшие халтуру и откровенно тиражируемый негатив в поведении личности. Была и политическая цензура, которая контролировала поведение граждан в печати по отношению к власти и народу.

Когда-то, например, в Европейских странах была полиция нравов, и они еженедельно проводили облавы на проституток, наркоманов, геев и прочий люд, выпадавший из строгих рамок морали и нравственности.

А печатать о скандалах в благородных семействах считалось не только дурным тоном, но еще и предполагало уголовную отвественность за клевету.

Когда-то в Голливуде почти 40 лет действовал кодекс Хейса, который даже тогда многие считали слишком строгим. Принятый в 1930 году Ассоциацией производителей и прокатчиков фильмов, был абсолютно самостоятельной голливудской инициативой. Государство не имело к нему никакого отношения. Зачем же создатели фильмов сами наложили запреты на свое творчество? Дело в том, что еще в конце XIX века общественность США начала болезненно реагировать на «разгул безнравственности», творящийся на киноэкранах. Особенно возмутил добропорядочных граждан фильм, который сейчас назвали бы роликом, демонстрирующий поцелуй мужчины и женщины. Этот 18-секундный кошмар привел к многочисленным выступлениям и общественным прениям, в результате чего и появился кодекс Хейса.

В фильмах запрещалось нецензурные выражения, упоминание о сексуальных извращениях, демонстрация смешанных межрасовых браков, сцены родов, секса и т.п.

Но с того времени позиции цензуры изменились . О ней перестали упоминать, государства отказались от ее услуг и вообще, цензуру загнали в темный чулан тайны так, чтобы о ней никто и никогда не догадывался. Упразднили полицию нравов, отменили кодекс Хейса.

Любовь стала настолько свободной, что уже трудно понять разницу между свободой и проституцией, а однополой связью и нравственностью. 

Любое сокрытие или стыдливость во взаимоотношениях людей стала именоваться сексизмом.

Наркотиками заменили  запрещенные  отныне табачные сигареты, и торжественно объявили, что наркотики могут использоваться в качестве медицинских средств пришедших от древних мистических культов.

Демонстрация смешанных  межрасовых браков не только позволительна, но даже обязательна. Процент темнокожих артистов стал  неукоснительной нормой для всех стран Европы и Америки, причем негритянские актрисы теперь могут играть роли белых королев Англии эпохи абсолютизма, Анну Болейн и самого Шекспира. 

Британский "Пятый канал" объявил об утверждении чернокожей актрисы Джоди Тернер-Мит на роль королевы-консорта Англии Анны Болейн в историческом мини-сериале с упором на идеи феминизма.

Запреты теперь вводят сами власти на основе толерантности и политкорректности. Они у нас главные регуляторы свобод. Например, на аборты, на митинги, на наименование негров – неграми или на курение обычных сигарет с табаком. Некоторые нетолерантные произведения и комментарии в свободной прессе, которые она, эта пресса рассматривает  не с точки зрения вашего мнения и культуры , а с точки зрения оскорбления чувств верующих, национальных меньшинств, свобод, расовых  и половых различий тоже могут стать для вас неприятным следствием свободы.

Недавно футболиста английского «Манчестер Юнайтед» Эдинсона Кавани дисквалифицировали на три матча за расистский пост в социальной сети.  Отвечая на поздравления от одного из подписчиков, он написал «Gracias negrito», что можно перевести как «Спасибо, черный».Также игрока оштрафовали на £100 тысяч.

Прекрасный пример толерантной цензуры от властей.

Написанные вами строчки могут расцениваться как нарушение свобод и терпимости, могут даже стать причиной штрафа или тюремного заключения, но цензурой контроль над вашим мнением никак не является. 

Если вы захотите что-то запретить, пишите петиции о том, что вас вводят в депрессию, в агрессию, в жажду самоубийства или убийства те или иные книги или спектакли. А власти посмотрят, какой доход дают возмущающие человека произведения, а потом решат в соответствии с денежными поступлениями, признать граждан правыми или все-таки сохранить свободу слова.

Капитализм, введя свободу, сделал цензорами продюсеров, редакторов и режиссеров, а оценку тому или иному слову или произведению стал давать спрос. Но публика,  как правило, сама для себя цензор плохой. Ее не интересуют высоконравственные и философские произведения. Ее не интересуют успехи народного хозяйства или новости науки. Она любит скандал, ужасы и тайны.

Оппозиция любит негатив и чужие ошибки. Власти — панегирики и диферамбы. У всякого свой интерес.

И все эти  темы как ни странно всегда свободны от цензуры по причине их неспособности генерировать умственные запросы, критический анализ, возмущение и негодование, ведущие к критике всей системы государства. Эти темы доходны и вполне в духе свободы слова. Главное здесь – ложь и мошенничество ради выгодной продажи и интереса читателей. Чем больше ложь, тем выше интерес. А ложь может быть и со знаком минус, и со знаком плюс.

Наш президент   недавно сказал, что

- Свою позицию о вмешательстве в творческую деятельность я высказал в рамках Послания и повторю, что принцип свободы творчества считаю абсолютно незыблемым, - напрямую перешел к широко обсуждавшейся теме госцензуры президент,- Однако у всех свобод всегда есть вторая сторона: ответственность. И это мы с вами тоже хорошо знаем. И у художника, у «властителя дум», так сказать, мера этой ответственности особенно высока. С одной стороны, любые хулиганские выходки, попытки сорвать спектакль, выставку абсолютно недопустимы и должны пресекаться по всей строгости закона. Мы так и будем делать. В то же время в самой творческой среде должна быть определена грань между циничным, оскорбительным эпатажем и творческой акцией».

И видимо в целях воспитания этой отвественности  во втором и сразу в третьем, окончательном, чтении депутаты приняли закон, который предусматривает введение уголовной ответственности за распространение клеветы в интернете.

Парламентарии приняли изменения в ст. 128.1 УК. Они предлагают за публичную клевету, в том числе через СМИ или интернет, ввести наказание в виде штрафа до 1 млн рублей либо лишение свободы на срок до двух лет.

Если клевета с использованием служебного положения — предлагается ввести штраф в размере до 2 млн рублей и лишение свободы на срок до трех лет. За клевету о том, что человек страдает заболеванием, представляющим опасность для окружающих, депутаты хотят ввести штраф в размере до 3 млн рублей либо лишение свободы на срок до четырех лет.

Оштрафовать на 5 млн рублей или лишить свободы на срок до пяти лет предлагается за клевету, «соединенную с обвинением лица в совершении преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности либо тяжкого или особо тяжкого преступления».

Граждане, те, которые политически активные, конечно, заволновались, вспомнили о бедных обиженых верующих, вспомнили о ловце покемонов и об отрицании Бога.

«Свободное проведение публичных мероприятий становится невозможным, вдогонку вводится дополнительная ответственность за неумышленное перекрытие или блокирование транспортных магистралей. За это любого можно будет привлечь к уголовной ответственности, было бы желание», — отметил депутат Госдумы от КПРФ Алексей Куринный.

«Под состав клеветы будут подпадать абсолютно разные высказывания, в том числе и критика власти, как муниципальной, так и государственной, выраженная в неприличной форме и которая может быть индивидуально не определена, то есть ругать в целом чиновников, ругать администрацию будет нельзя не только под угрозой большой административной ответственности, но последующего уголовного дела, можно будет получить до трех лет», — сказал депутат,передает ИА REGNUM.

Интересно, закон о клевете как и закон о правах и чувствах верующих это не цензура? Или это приведение граждан к общему знаменателю из серии «держать и не пущать»?

Да нет, что вы. Это развитие одной очень важной темы, поднятой Путиным  в своем ежегодном послании, а именно, призыв граждан к отвественности за свои слова.

ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься.

Вот и ладненько, вот и хорошо. Никакой цензуры, даже в условиях толерантности, только  отвественность и еще раз ответственносить.

«Сидит газетчик в своей берлоге и знай себе обманывает да обманывает. «Берегитесь! — говорит, — дифтерит обывателей косит!» «Дождей, — говорит, — с самого начала весны нет — того гляди, без хлеба останемся!» «Пожары деревни и города истребляют!» «Добро казенное и общественное врозь тащат!» А читатель читает и думает, что газетчик ему глаза открывает. «Такая, говорит, уж у нас свобода книгопечатания: куда ни взгляни — везде либо дифтерит, либо пожар, либо неурожай»…

Дальше — больше. Смекнул газетчик, что его обманы по сердцу читателю пришлись, — начал еще пуще поддавать. «Никакой, говорит, у нас обеспеченности нет! не выходи, говорит, читатель, на улицу: как раз в кутузку попадешь!» А легковерный читатель идет гоголем по улице и приговаривает: «Ах, как верно газетчик про нашу необеспеченность выразился!» 

Нашлись добрые люди, которые пожалели легковерного читателя. Призвали обманщика-газетчика и говорят ему: «Будет с тебя, бесстыжий и неверный человек! До сих пор ты торговал обманом, а отныне — торгуй истиной!»( Иначе на пять лет посадим в кутузку)

И начал он каждый день читателя истиной донимать! Нет дифтерита, да и шабаш! И кутузок нет, и пожаров нет; если же и выгорел Конотоп, так после пожара он еще лучше выстроился. А урожай, благодаря наступившим теплым дождям, оказался такой, что и сами ели-ели, да наконец и немцам стали под стол бросать: подавись!

Наконец читатель окончательно отрезвился и прозрел. И прежде ему недурно жилось, когда он обман за истину принимал, а теперь уж и совсем от сердца отлегло. В булочную зайдет — там ему говорят: «Надо быть, со временем хлеб дешев будет!», в курятную лавку заглянет — там ему говорят: «Надо быть, со временем рябчики нипочем будут!»

И вот, однажды, вышел легковерный читатель франтом на улицу. Идет, «в надежде славы и добра», и тросточкой помахивает: знайте, мол, что отныне я вполне обеспечен!

Но на этот раз, как на грех, произошло следующее:

Не успел он несколько шагов сделать, как случилась юридическая ошибка, и его посадили в кутузку.

Там он целый день просидел не евши. Потому что хоть его и потчевали, но он посмотрел-посмотрел, да только молвил: «Вот они, урожаи-то наши, каковы!»

Там же он схватил дифтерит.

Разумеется, на другой день юридическая ошибка объяснилась, и его выпустили на поруки (не ровен случай, и опять понадобится). Он возвратился домой и умер.»

Неужели никто не подскажет власти, что европейская свобода именно на критику власти как таковой в лице всех ее представителей, создает в этих странах стабильное, устойчивое положение внутри них и потому считается самым ценным завоеванием этой системы?

Ведь критиковать не значит бунтовать. Это некий контрольный клапан, когда недовольство уходит в свисток. Покритиковали, пообсуждали и успокоились. 

Но если запрещать и наказывать?

Неужели поворот очень многих граждан от православия и церкви произошел сам по себе? Вряд ли. В чашу неприятия церкви  легтяжелым грузом закон о правах и чувствах верующих. И если жалобы православных не потекли потоком и не имели последствий, то это не значит, что люди лояльно настроенные к церкви  не усомнились в ее любвеобильности именно после этого закона.

Свободу унтеру Пришибееву дают не потому, что все подряд у нас клеветники и очернители, а потому что надеются, что «доброе слово и кошке приятно».

Как начнут все писать о добром, мудром и вечном, так у нас воссияет истина и отвественность, а с ними достойный уровень жизни и процветание державы.

Но как бы не случилось с нами того же, что и с легковерным читателем из произведений Салтыкова-Щедрина.

Когда в обществе не существует морально-нравственных норм, когда отвественность, честность и забота о благе ближнего размыты или упразднены, трудно признать новые законы необходимыми мерами. Произвол провоцируется не отсутствием законов, а отсутствием духовных ценностей в обществе.

Впрочем, кое-кому  новый закон о клевете очень на руку. Сделали тебе  некие бизнесмены ущерб и материальный и моральный. Ты — в суд. А суд говорит: это клевета. Предприниматель у нас ответственный и грамотный. 

"Клиентка разместила в местной группе в ВК несколько негативных постов о моем салоне, — продолжает коммерсант. — Заявила, что мы причинили вред ее здоровью, оскорбила мастера и даже высказалась в адрес моих детей, хотя они-то здесь точно ни при чем. Текст перепостили другие пользователи, и началась настоящая травля в комментариях".

Андрей не стал ждать оттока клиентов — обратился в суд с иском о защите чести и достоинства.

"Но закон встал на сторону модели, — говорит предприниматель. — Судья почему-то решил, что ее высказывания — не оскорбление или клевета, а обычное выражение личной точки зрения. Так называемый плюрализм мнений — согласно европейской конвенции по правам человека".

А теперь плевать нам на плюрализм мнений. Мнение теперь под микроскопом не отличишь от клеветы. То одни православные обижались, а теперь кто обидится и насколько круто, остается только гадать. Одно только успокаивает: тюрем у нас не так много, а лагеря упразднили.

Штрафы в пользу истца вряд ли вызовут затнтересованность у властей. Не в бюджет же пойдет сумма.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic