Твердость духа не во благо.

Макрон заявил о решимости бороться с исламским сепаратизмом во Франции

Во Франции живут около шести миллионов мусульман

Президент Франции Эммануэль Макрон намерен добиваться принятия более жестких законов для борьбы с исламским сепаратизмом и для защиты принципов светского общества.

Ответом на слова президента Франции стали терракты в той же Франции, Канаде и теперь в Австрии.

Президент Франции Эммануэль Макрон выразил поддержку Австрии, пострадавшей от теракта в понедельник вечером, и заявил, что Европа не поддастся террору "после смертоносного нападения в Вене".

"Мы, французы, разделяем потрясение и горе австрийского народа, пораженного этим нападением в самом сердце их столицы, Вены. После Франции нападают на дружественную страну, — написал Макрон в двух твитах — один на французском, другой на немецком. — Это наша Европа. Наши враги должны знать, с кем имеют дело. Мы не откажемся ни от чего".

Президент Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен присоединилась к Макрону в осуждении "жестокого "нападения, заявив "что" Европа стоит на стороне Австрии в полной солидарности".

Представитель ЕС по иностранным делам Жозеп Боррель назвал расстрелы в Вене "трусливыми актами насилия и ненависти".

__________________

Интересно, чего ждали европейцы, принимая в своих странах дешевую рабочую силу из Азии и Африки? Неужели они были столь гуманны, что решили помогать бедным жителям отсталых экономически регионов не развитием в них промышленных производств, расширением медицинской помощи и образования, а переселением этих людей в лагеря беженцев и расселяя их по переферийным городам Европы, где и местным-то жителям трудно найти работу?

Более того, они всячески старались примирить непримиримое в условиях чужеродности пришельцев и преимуществ местного населения. 

Уравнять положение и сгладить культурную рознь можно только там, где население составляет  моногенную общину, то есть в качестве создания разных республик по принципу национального единства. Можно быть каталонцами или провансальцами , сицилийцами или фламандцами в составе единого государства, потому что национальные особенности складывались веками путем объединения жителей по территории проживания.

Но какими могут быть национальные особенности у пришлого разноплеменного народа? Естественно, только религиозные. Кроме того, национальная рознь под влиянием религиозного фактора только усиливается, а не затухает.

Мультикультурализм представлял собой с самого начала уступки чужому менталитету. Дошло до того, что в Америке нельзя говорить людям с темной кожей – негр, а только афроамериканец. 

Толерантность не примирила, а обострила противоречия, потому что основанная на законе идейно-нравственном, она не устраняла разницы материальной. Все выходцы из стран Азии и Африки были и остаются имущественно и социально на низшем уровне развития, чем граждане своей собственной страны.

На стадионе "Краснодар" прошла игра с английским "Челси" в рамках группового этапа Лиги чемпионов 28 октября. Футболисты британского клуба преклонили колено в знак поддержки Black Lives Matter, чего не сделали их коллеги из России — семь футболистов "Краснодара" отказались поступить аналогично....

Читатели британского издания Daily Mail осудили российских футболистов "Краснодара" за отказ преклонять колено в поддержку движения Black Lives Matter.... Они назвали наших футболистов «российскими расистами».

Такая европейская солидарность, где расовые различия не стушеваны, а только усилены, не может способствовать никакой толерантности.

Еще острее воспринимается религиозная разница между европейцами и инославными. Здесь различия культурные становятся различиями в кубе. Население, являющееся чужим,  сознающее себя эмигрантами как в культурном плане, так особенно в материальном, становится очень чувствительным на обиды. Внутри этого населения формируются комплексы униженных и оскорбленных, и никакая свобода с толерантностью эти комплексы не уничтожит, потому что общество этих стран социально и материально неоднородно.

Европу и Америку ждут те же испытания, что когда-то разрушили Римскую империю. Ведь не только жадность и алчность подталкивала кочевников и германцев на вторжение в ее пределы.

Грабежи превратились во вражду религиозную, культурную и материальную. Результатом стало забвение всех достижений в науке и культуре римского населения.

Какое перераспределение духовно-нравственных и материальных ценностей ждет Европу, трудно сказать. Но за ошибки в собственной политике нужно отвечать.

И решимость Макрона отстаивать свои ценности светского общества вряд ли принесут благие плоды, как и сдача на милость протестующих.