ansari75

Categories:

А есть ли в Москве культура, которую еще можно убить?

Люди привыкли плыть по воле течения. Удобно, беззаботно, привычно, легко. И вдруг жуткая пандемия с драконовскими мерами карантина и закрытия всех развлекательных программ, от ночных баров и клубов, до театров и кинотеатров.

Конечно, кто же будет этим доволен, особенно молодежь и пенсионеры. Молодежь потеряла злачные места тусовок и просмотра блокбастеров, а пенсионеры, во всяком случае московские, халявные посещения театров и музеев.

В Москве идёт совершенно адское наступление на культуру. Группа людей, именующая себя Роспотребнадзором, фактически, взявшая власть в свои руки пошла войной на театры и музеи. Если после весны, после закрытия Москвы на карантин, театры и музеи худо-бедно выжили, причём благодаря поддержке Департамента культуры Москвы, который сохранял зарплаты сотрудников учреждений культуры, то последние действия Роспотребнадзора могут просто уничтожить многие культурные учреждения. В частности это касается частных маленьких музеев и театров.

 Безумные проверки театров, где бедолаги-пенсионеры внезапно становятся преступниками, никак не способствуют их здоровью, а, скорее, ещё быстрее могут загнать их в гроб. При таком унижении пенсионеров запросто может хватить инсульт или инфаркт.
 

Но и театры поставлены на грань выживания. Драконовские штрафы за неодетую или снятую маску могут поставить театр или музей на грань банкротства. Единоразовое пополнение прохудившегося бюджета, чтобы потом вообще не наполнять его доходами от культурных мероприятий, согласитесь, инициатива так себе.
 

Продажа электронных билетов по паспортам и проверка паспортов при входе в театры выходит как-то за грань, а попытка узнать о хронических болезнях при продаже билета выводит нас на статью Конституции о неприкосновенности личной жизни, а также о соблюдении врачебной тайны.
 

Пожилым людям посещение театров важно ещё и как социальное общение. Ведь не секрет, что многие из них коротают старость в одиночестве, что тоже, знаете ли, убивает не слабо. И возможность иногда выйти в люди и пообщаться для них очень важна.

А если говорить о пандемии, то я назову только одно слово - туберкулёз. Им болеет в разы больше людей. И заразиться туберкулёзом гораздо проще. Так почему же весь мир не закрыт на пожизненный карантин навсегда?

Мне кажется, что пора уже президенту приструнить зарвавшихся хунвейбинов из Роспотребнадзора. Они же так всю экономику в хлам разгромят.

Люди часто не понимают, что есть суть проблемы и потому всегда ищут крайнего, но не там, где он стоит, а в неизвестно кем и с какими целями указанном направлении. И всегда находят не причину, а следствие. Но со следствием бороться глупо. Оно всего лишь печальный итог всей предыдущей политики властей и поведения общества.

Иной раз оглянешься вокруг и подумаешь: а действительно ли для человечества  свобода и демократия – благо и панацея от несправедливости, нищеты и бескультурья? И закрадывается крамольная мысль: не по причине ли личной свободы, демократии и себялюбия в стиле индивидуального взгляда на мир, мы стали банкротами и в нравственно- духовном плане, и в плане развития и прогресса и в плане справедливого будущего?

Артисты театров и владельцы клубов негодуют. У них отобрали доход.

Но спросите себя сами, чем и какими средставми вы получали этот доход? Прославлением прекрасного, доброго, вечного? Увы и еще раз увы. Вы заботились о доходах и хороших доходах.

К примеру народный артист А. Баталов оставил в наследство своим близким (правда, обманутым им же самим пригретыми мошенниками) много миллионное наследство в виде столичных элитных квартир.

А не менее народный и всеми любимый Г.Вицин, оставшись честным, не оставил ничего, кроме советской квартиры, которую получил от Советской власти.

Я не пытаюсь унизить память Баталова, но его квартиры свидетельствуют о том, что выгода и антисоветизм переменили его взгляды и позволили ему служить новой власти, которая его и обогатила.

Так всегда происходит во всем. Ряд артистов, понявших чем пахнет новый капитализм в России, очень удачно приватизировали некоторые театры или создали свои, как Табакерка Табакова или Эт сетера Калягина.

На момент двухтысячных годов театров в Москве насчитывалось до 211 по Википедии. 

На портале «Справочник культурных объектов Москвы» — 422 театра, в этом списке к театрам причисляются еще и открытые эстрады в парках. Из них  140 государственных сценических площадок  и 97 государственных театров 

Сегодня в России 640 театров, которые финансируются государством из бюджетов разных уровней. Только в Москве в ведении Департамента культуры 75 театров, а ещё есть федеральные и муниципальные. Итого 180 театров приходится лишь на столицу. Ни одно, даже очень богатое, государство не может себе позволить такую роскошь.

Как вам такое количество?  Как вам их репертуар? Как вам игра артистов? И не кажется ли вам, что это дилетантизм высшего порядка, занятый сбором денег с праздных потребителей?

Ведь не секрет, что массовость убивает качество. Когда-то о постановках в театрах, об исполнителях говорили не только театральные  критики. Театр «Современник», «На Таганке» были у всех на слуху. Большой театр манил уникальными голосами и балетной труппой, имена артистов произносились с уважением и любовью, как имена родных детей. Но и театров в той старой Москве или других городах было считанное количество.

Так неужели кто-то в наше время в метро или на работе будет обсуждать игру актеров или театральные постановки, если  о существовании десятков театров даже не подозревают, не то что об их актерах

Но даже не это главное. Главное в том, что молодежь,  да и более старшее поколение уже утеряли связь с классическим искусством. Театры пытаются модернизироваться и для этого повсеместно и у нас, и в Европе устраивают показ осовремененных опер, балетов, спектаклей, доходя до абсурда и нелепостей. Но результаты плачевные.

Молодежь увлекается рэпом и скоморошничаньем. А в театры, во всяком случае, московские многочисленные, ходят пенсионеры и сотрудники некоторых бюджетных и вне бюджетных, но имеющих профсоюзы предприятий. Пенсионеров и пенсионеров в театры и музеи отправляет собос или программа Библион, где можно найти льготные и даже бесплатные билеты. А расходы на зарплату артистов, где билеты никак не окупают их существования, черпаются из бюджета. Чем бы дитя не тешилось. Это к имиджу культурной столицы. Но оказалось, что имидж стоит дорого. 

Вот и негодуют артисты так уютно существовавшие на бюджетные средства, забывая о таланте, о честности, о духовных исканиях, тихо деградируя под аккомпанемент магической фразы: «Это мое видение пьесы. Это мое понимание роли.»

Европа уже потихоньку полегоньку ищет возврат к классическому изложению пьес и опер. И только у нас, как на экспериментальной площадке, да еще сплошь пронизанной идеологией антисоветизма и поклонению жертвам репрессий, отрабатывают свои гонорары, которые им уже не получить на родине, всякого рода новаторы и экспериментаторы из Прибалтики, Польши и Европы.

Но эксперимент только еще глубже прокапывает яму, расширяя ее непониманием и эстетическим отторжением от зрителя, между театральным искусством , его назначением и молодым поколением.

Извращенное классическое искусство становится вещью в себе и для себя. Общество снова разделяется на элитариев, приверженных нонконформизму, модернизму, концептуализму, а проще – индивидуалтзму и обывателей, уже не рвущихся к высокому искусству, а углубляющихся в развлечения доступные и непритязательные, попсу, рэп, фиглярство и вызов хорошему вкусу.

Может быть на этом вызове и сойдутся пути у классического искусства т народного, но пока московские театры и выставки – удел пенсионеров по льготе.  Но, похоже, что и здесь не произойдет ни возрождения, ни слияния. Попса популярная и привлекающая широкие массы зарабатывает неплохие гонорары. 

А элитарное искусство переходит в ведение олигархата. 

К примеру, мы все знаем сколько музыкантов-исполнителей, певцов и артистов балета, получив хорошее еще советское образование, едут в Европу и становятся там востребованными артистами. Но в Европе классическое искусство всегда было дорогостоящим. Его оплачивали элитарии и доступно оно было почитателям культурным и состоятельным.

Правда, для народа там проводят бесплатные выступления симфонических оркестров, с дирижером Бурштейном или другим, на стадионах и полях перед замками. Но регулярно посещать оперу или театр могут лишь избранные.  Поэтому гонорары артистов столь привлекательны и столь устойчива их эмиграция от нас в Европу.

У нас же для народа выступает на площадях попса. Поэтому у нее столь привлекательные гонорары и столь отрицательна в них идея эмиграции в Европу.

А исполнители классики у нас ищут богатых покровителей и играют на их званых обедах, а не для публики. Им тоже хорошо. Олигархи любят домашних артистов, как когда-то вельможи любили театры из крепостной дворни. И платят им не хуже, чем на Западе. Правда, народной любви и славы, вместе с уважением к их искусству им не обещают хозяева. Но приходится что-то выбирать: улицу или олигарха.

Однако есть и у нас эмигранты из Европы. Например, дирижер-новатор Теодор Курентзис. Грек по происхождению, выпускник Афинской консерватории, но внезапно гражданин РФ и известный российский дирижер. Чудеса? Не совсем. С одной стороны в России простор для новаторов, как уже отмечалось. В Европе тебе никто не позволит приехать на одну оперную сцену, через год ее бросить, и, забрав своих музыкантов, умчаться  в новый театр в новый большой город, оставляя после себя выжженное поле. А у нас это в порядке вещей. Как в Греции все есть, так у нас все можно. И можно потому, что у Курентзиса есть олигарх-покровитель. Видимо, олигархи тоже понимают, как важно быть новаторами и освобождать музыку от романтического налета, что с успехом делает Курентзис.

Просто мы жили до коронавируса на волне беспамятства и механического движения неизвестно куда.

Пандемия только вскрыла всю глубину нашей культурной и духовной деградации. Обнажила очевидные вещи. Например, она открыла,  сколь пагубна человеческая разобщенность и человеческий же эгоизм, сколь далеки интересы разных групп населения, и что по пословице: сытый голодного не разумеет, мы стали с агрессией сталкиваться друг с другом, не желая ни понять, ни извинить собеседника или оппонента. 

Демократия и личная свобода превращают человечество в стадо носорогов и взбешенных слонов, которые каждый на свой манер, крушат все вокруг.

Театры заботятся о своем доходе и им плевать, что пенсионеры самая уязвимая для вирусов часть населения. Они негодуют, потому что подсели на дотации из бюджета за счет льготных билетов для пенсионеров.

Молодежь негодует, потому что им закрыли доступ на ночные тусовки  в клубах и барах. Оголтелые толпы, лишенных даровой радости бытия носятся по городам, возмущаясь не тем, что в их государствах существует безработица, бедность, что больным не хватает мест в больницам, а самим больницам медперсонала.

Они не понимают, что вина не на масках и ограничениях, а вина на всей системе, в случае катастроф и экстремальных ситуаций не готовой взять на себя заботу обо всем  населении, не только о театрах и клубах, но и рабочих и служащих.

Правда, у нас тоже есть забота о населении. К примеру, у нас закрыли театры и музеи, но зато не закрыли ночные клубы и бары как в Италии и Франции. Там клубы и бары — места скопления самой обычной молодежи, а у нас — элитной, с фейс-контролем и входной, далеко не копеечной платой. Как тут закрыть любимый отдых гламурной элитной молодежи? Это для нас не комильфо. Хоть у нас и демократия, но со своя, с лицеприятием и уважением к особам приближенным к олигархам.  

Но если власти и в самом деое заботятся о народе, то пусть считают, что это война. Вводят карточки и обеспечивают максимальную защиту населению с сохранением их доходов. Но в условиях нынешней экономической системы, в условиях демократии и свободы ничего подобного не произойдет. 

Вот и создают протестное движение только против следствия, а не причины.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic