ansari75

Categories:

Мифотворчество современной России.

Благочестивый Жуков

Жукова благословил на подвиги последний из оптинских старцев
Ямпольская Елена Александровна, председатель Комитета по культуре Государственной Думы

Михалков понял, что война решает задачи не только возмездия, но и искупления. Что она, кроме противостояния врагу, — ещё и предстояние народа Богу, о Котором этот самый народ попытался забыть. И главные победы добываются в одолении не внешнего врага, а собственного нутра. Может, поэтому мы так давно не знаем настоящих побед, перебиваясь за счёт славы предков. Впрочем, новое знание Михалкова многим кажется лишним и ненужным. Как Котов в «Цитадели» не нужен сильно опростившейся Марусе — Виктории Толстогановой. Без него легче — я про Котова. Без него спокойнее — я про знание. Вы ещё разгласите, что маршал Жуков после войны оставлял в Новодевичьем деньги на поминовение «всех усопших воинов»; а в середине 1920-х его, молодого комполка, благословил на будущие подвиги последний из оптинских старцев, ныне причисленный к лику святых. И что капитуляция Германии была подписана на Пасхальной неделе, лучше не помнить. Чего доброго, все настройки в голове поменяются.

«Известия», 11 мая 2011 г.

Ямпольская не случайно не называет имени «последнего старца» — так её труднее уличить в лжи. Под такое определение подходят трое: Последний соборно избранный оптинский старец, иеросхимонах Нектарий (Тихонов), последний дореволюционный настоятель Введенского мужского монастыря (Оптина пустынь) архимандрит Исаакий (Бобраков) и оставшийся служить при монастырском храме после закрытия монастыря в 1923 году иеромонах Никон (Беляев). Все трое пострадали за веру (Исаакий расстрелян, Никон и Нектарий умерли в ссылке) и канонизированы, но Жукова никто не благословлял. Ни о чём подобном не сказано ни в житиях старцев, ни в их дневниках и письмах, ни в воспоминаниях духовной дочери Никона монахини Амвросии и других их современников. Известная как автор полупорнографической книжонки «Гимн настоящей стерве» депутат сочинила эту байку для рекламы позорно провалившегося фильма своего приятеля, кинорежиссёра Никиты Михалкова. Впоследствии с этой же целью министр культуры России Владимир Мединский сочинил столь же «благочестивую» историю про однофамильца маршала. Согласно его выдумке, Герой Советского Союза Михаил Жуков загнал с помощью молитвы в Псковское озеро немецкий бомбардировщик. Что должно подтверждать достоверность подобного эпизода у Михалкова.


http://istlyap.ru/osvobodiv-smolensk-zhukov-stoyal-na-molebne-pred-ikonoj-odigitriya/

Освободив Смоленск, Жуков стоял на молебне пред иконой «Одигитрия»
Кирилл (Гундяев), Патриарх Всея Руси

Наши благочестивые предки и в 1812 году, и в годы немецкой оккупации горячо молились Богу. Тогда не было неверующих людей, тогда не было клеветников на Церковь. Тогда маршал Жуков, освободив город Смоленск, пришёл и стоял на молебне в нашем Успенском соборе пред иконой «Одигитрия». Тогда ушла в сторону идеология, тогда никто не мог посметь сказать «Бога нет», потому что Бог был рядом с теми, кто поднимался в атаку, кто защищал наше Отечество и город Смоленск.

Обращение к верующим в Смоленске 1 сентября 2013 г.

Молебна перед иконой «Одигитрия» (в переводе с греческого — «Указующая путь») после освобождения Смоленска не было и быть не могло. Старинную икону Богоматери с младенцем Христом, гитлеровцы увезли из города во время отступления, и она не найдена до сих пор.

О присутствии маршала Жукова в Успенском соборе в исследовании историка Владимира Амельченкова «Смоленская епархия в годы Великой Отечественной войны» даётся со ссылкой на рапорт настоятеля Успенского собора протоиерея Тимофея Глебова уполномоченному по делам РПЦ по Смоленской области, но информация эта чрезвычайно сомнительна. В день указанный отцом Тимофеем — 25 сентября 1943 года, Георгий Константинович работал в Ставке Верховного Главнокомандующего. Кроме того, маршал не освобождал Смоленск. Немцев выбил из города Западный фронт генерала армии Василия Соколовского, а Жуков координировал наступление Воронежского и Степного фронтов на Украине.

Можно предположить, что Смоленск в тот день посетил его однофамилец и бывший сослуживец генерал-майор Аверкий Жуков. Аверкий Кириллович возглавлял службу горюче-смазочных материалов Калининского фронта, который участвовал в Смоленской операции вместе с Западным. Ну, а батюшка, увидев генерала, к которому обращаются «товарищ Жуков», вряд ли понимал, о каком именно военачальнике идёт речь, да и забыть мог что-то — его рапорт составлен 30 апреля 1945 года.

Примечательно, что об участии генерала в молебне протоиерей не написал ни слова, только о его появлении в храме. Однако патриарх на этом основании заявляет о поголовной вере всех участников войны, хотя мы лично знаем неверующих ветеранов Великой Отечественной. Чем отличается такое поведение от советских официозных историков, которые замалчивали присутствие на фронте миллионов верующих?

ИстЛяп

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic