ansari75

Category:

Учимся любить российские города, вливающиеся в европейский стиль.

«Не за архитектуру, а за жизнь в них»: Баунов — о пропасти между городами России и Европы

Главный редактор Carnegie.ru Александр Баунов — о русском стыде и возвращении к старой России с европейскими городами.

В советское время забылось, стерлось — вот какое различие дореволюционной и послереволюционной России.

В императорской России образованный русский видел русскую деревню, а потом европейскую деревню, и ему было мучительно стыдно, он понимал разницу. Но он не испытывал тех же контрастных чувств при виде городов, тем более столиц.

А советский образованный человек испытывал. Ему было мучительно стыдно и за русскую деревню при виде европейской, и за свои города и даже столицы, когда она сравнивал с Парижем, Лондоном, Веной, да что там, перед Хельсинки переживал. Когда видел сам или в кино, или представлял по рассказам. Не за архитектуру, а за вид, облик и жизнь в них. И был прав.

Это огромная разница. Дореволюционный человек чувствовал, что не везде еще ровня европейскому, а послереволюционный — что везде не ровня.

Эта не только деревенская, но и городская и даже столичная пропасть по умолчанию была принята за вечное свойство русской жизни. Долго ли стать вечным: полувека обычно хватает.

И когда Россия стала возвращаться к своему обычному, дореволюционному состоянию — равенство с Европой и цивилизация в больших городах, неравенство и дикость в малых — он не верит своим глазам: ну как же так, не может такого быть, всегда же было. На самом деле это советское всегда.

Настоящее, старое всегда другое. Прежний русский взгляд — это что Лондон и Петербург, Харьков и Франкфурт в одном мире, в одной лиге, а вот сельцо Мамыри — национальный позор, упрек совести, и с этим надо что‑то делать.

Возвращение к старой России с европейскими по умолчанию столицами и почти такими же большими городами только началось и то не везде, ему всего несколько лет, как и проезжим русским дорогам. Разум не поспевает за тем, что мы наконец возвращаемся на исходные позиции, откуда начали век назад. И отодвигает нас к более понятной, знакомой и привычной полувековой дистанции.

_______________________________

P.S. Каждый раз читаешь «мыслящих» европеоидов с российским гражданством, и удивляешься, а понимают ли они то, о чем говорят. Видимо, они понимают только одно: как прекрасна была царская Россия и как далек от Европы и той России Советский Союз, который можно только критиковать и отрицать.

Ну, чем гражданину мира Баунову так приглянулись Хельсинки и почему  советскому человеку стыдно было за свои города в сравнении с европейскими?  Жить в советских городах, если не говорить об архитектуре, было намного комфортней, чем в европейских, где по сей день в старинных домах старинных центров нет отопления, газа и возможности мыться в доме, не корчась от холода, а печь пироги  не только  в электропечах типа печи-чудо.

Это какими же удобствами Европа превзошла Россию, если мыться в душе всей семье в один раз просто невозможно. Не хватит горячей воды в котле. Можно, конечно купить котел на солярке и электричества и компактную душевую кабину, что сейчас европейцы средней руки и практикуют. А мы – только в условиях пребывания на даче.

Может быть, ему пришлось жить в европейских городах со всеми удобствами, а вот многим этого не довелось. И теперь воспоминания о холоде, промозглой сырости и невозможности испечь пирог в духовке мешаются со вздохами о больших счетах на электроэнергию.

Профессор Римского университета включает посудомойку, как и обогреватели только в исключительных случаях. Слишком дорого. 

Вот видимо в этом ракурсе и говорит Баунов о сближении наших городов с европейскими по комфорту. 

Об архитектуре мы говорить не будем. Это не наша вина, что в 19 веке европейские промышленники, обогатившиеся на капитализме и колониализме, с легкой руки барона Османа, перестроившего весь Париж, и сами увлеклись подобными перестройками. Вена, Бухарест, Будапешт, и главным образом Берлин, который считался зеркальным отражением Парижа, приобрели свой нынешний вид, включив в свои постройки абсолютно все псевдо стили, от псевдо барокко, псевдоготики до псевдоклассицизма и разбавив их модерном.  И вид их стал настолько помпезно неоригинальным, что только господин Баунов и нувориши из Кацапетовки восторгаются до умопомрачения этими столицами, не слишком оригинальными, но зато роскошно броскими.

А вот Москва и Петербург имеют и барокко и классицизм отнюдь не псевдо, или, как изящно выражаются ныне, неоклассицизм, неоготика. А то псевдо звучит уж слишком недвусмысленно, слишком откровенно.

Но человек, берущийся унижать советское и превозносить дореволюционное вкупе с европейским должен все-таки иметь хоть какие-то  сведения о состоянии дореволюционных городов России.

Впечатление, что советские уничтожили все русские самобытные города, построили свои и теперь вот, умудренные европейским опытом архитекторы, пытаются вернуть им древнерусский облик, неизвестно каким боком примыкающий к европейскому.

Да будет известно господину, что состояние Российских городов перед революцией, а особенно сел, было совершенно далеким от комфорта. 

Если водопровод и канализация являются первыми цивилизационными завоеваниями человеческого общества, то для России эти блага пришли только с Советской властью.

Для справки :

Наиболее ранние сооружения, выполняющие роль канализации, обнаружены в городах индийской цивилизации: в Мохеджо - Даро, возникшем около 2600 года до н. э. обнаружены едва ли не первые известные археологам общественные туалеты, а также система городской канализации.

Первый в России водопровод - Мытищинский (или Екатерининский) - проложен по указу Екатерины II от ключевых источников города Мытищи в Москву в 1779—1804 годах.

Однако и на конец 19 века водопровод в Москве подавал воду лишь в определенные места для забора воды водовозами.

Согласно отчету по московским водопроводам на 1879 г. в городе действовали около 800 отдельных конных водовозных бочек, около 300 частных конных бочек, 414 отдельных ручных боченков. В течение суток каждая из этих бочек подъезжала к водоразборным пунктам в среднем по 6 раз. Кроме того, ежесуточно ручной посудой на этих же пунктах разбиралось водоносами и отдельными горожанами 75700 ведер воды 

Водопроводы в Петербурге существовали со дня его основания, но их целью была подача воды к фонтанам. Самым ранним примером бытового водопровода может служить система подачи воды и канализации с отстойником в Монплезиром. Подобная система существовала во дворце Меньшикова, позже – в Мраморном дворце, однако, и в 19 веке даже владельцы дворцов продолжали пользоваться продолжали пользоваться кувшином и тазом. 

Основанный на Неве Петербург не испытывал проблем с водой. До середины 19 века все жители Петербурга черпали воду из многочисленных рек и каналов , а жившие далеко от воды – из колодцев, которых в 1815 году в столице было 362, а к 1839 году – 1320.
 

В 1819 и 1825 году попытки получить разрешение проложить бытовой водопровод в Петербурге получили решительный отказ с мотивировкой “Петербург по положению своему и устройству достаточно снабжен хорошею водой”. Только в 1846 году было выдано разрешение . Граф Эссен-Стенбок-Фермор, поразившийся отсутствию этого нехитрого удобства , в, казалось бы, по-европейски устроенном городе, проложил первый водопровод по аристократическому району: по улице Знаменской ( ул. Восстания), Итальянской, Сергиевской (ул. Чайковского).
Вода подавалась водокачкой, стоявшей у Воскресенского моста. Однако, у петербуржцев еще не сформировалась потребность в водопроводном снабжении и затея графа потерпела крах. В 1852 году водопровод с большими убытками был продан новому владельцу, а вскоре прекратил свое существование.

В Москве и Петербурге до 19 века нечистоты вывозили на свалки, где их ассенизацией занимались золотари.

К середине 1898 г. было уложено 262 км труб канализационной сети, была построена главная насосная станция, и 1 августа 1898 г. начался прием сточной воды и ее перекачка на поля орошения.

Современная московская канализационная система была построена в двадцатых-тридцатых годах 20 века, постоянно расширяется и совершенствуется.

А в Европе. Ватерклозеты появились в начале 19 века в Англии. Нечистоты смывались водой в сточные ямы, которые переполнялись, и их содержимое попадало в дождевые канавы, смешивалось со стоками скотобоен и заводов и попадало в Темзу. Вода в реке излучала страшное зловоние.

В середине XIX века сеть высокотехнологичных канализационных тоннелей строится в Париже, к 1878 году общая городская канализационная сеть оставляет 600 км. Во многих европейских городах были выстроены канализационные системы, которые используются до сих пор. Только в начале двадцатого века современная стандартная ванная и туалет со сливом стали неотъемлемой частью европейских и американских домов.

Так что европейские города и по времени и по удобствам как раз сочетаются именно с дореволюционными российскими городами, а не с советскими. 

То, что совершила советская власть по созданию водоснабжения, устройству канализаций во всех без исключения городах страны можно считать подвигом, ибо то наследство, которое она приняла от дореволюционной России, являло собой  убогое существование городов и сел без удобств и комфорта.

С 1787 по 1917 год водопроводы были построены в 215 городах (28 % от общего числа городов).

При этом централизованной подачи воды в дома, как правило, не было, лишь на площадях били фонтаны с питьевой водой.

Первое в России обеззараживание воды хлорированием было выполнено в Нижнем Новгороде в 1918 году после крупной вспышки брюшного тифа. Эпидемия пошла на убыль, а хлорирование зарекомендовало себя как надежный способ обеззараживания.

  А теперь данные за 36 лет советской власти:

Источник: РГАЭ 1562.41.65  Статистические динамические ряды 1913-1951 гг.

Нужно понимать, что эти сведения несколько занижены, т.к. касаются только системы министерства коммунального хозяйства и не касаются ведомственного жилья, но даже они показывают рост в разы и десятки раз относительно периода дореволюционной России.

Число всех городов с водопроводом в 1917 г. составило 215 

на 1 октября 1948 года 865 и на и на 1 января 1953 года — 987.

Число городов с канализацией на 1017 год  — 23 


на 1 октября 1948 года 409 и на 1 января 1953 года — 514.

(Данные из поста burckina_faso "Водопровод и канализация при Сталине.)

А теперь посмотрим, как нынешние города России приближаются к европейским.
В России 30 660 000 человек живут без водопровода.
В России 37 960 000 человек живут без канализации.
В России 23 360 000 человек живут без отопления.
В России 48 180 000 человек не имеют душа или ванны.
В России 49 640 000 человек живут без горячей воды.
В России 46 720 000 человек живут без газа.  

Да, комфорт и европейский стиль жизни просто семимильными шагами приближаются к новой России-матушке, отринувшей все советское, сорок лет проживающей советское наследство и мечтающей приблизиться к дореволюционной России. И в этом, нужно отдать должное властям, она приблизилась, хотя и не вплотную.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic