ansari75

Category:

Триумфальное шествие Патриарха Кирилла.

Эффективный менеджер, похоже, угодил в новую геополитическую ловушку

Скоротечный визит в Москву Патриарха Иерусалимского Феофила III, пожалуй, оставил одни вопросы. Поэтому ограничимся пока обзором версий случившегося, не отдавая окончательного предпочтения ни одной из них.

С одной стороны, Феофил вел себя подчеркнуто лояльно. Не пришел на службу по случаю 73-летия Кирилла и 50-летия его монашества/священства 20 ноября, хотя уже находился в Москве. Это чтобы ненароком не отвлечь внимания от виновника торжества. Зато пришел 21-го и, вслед за Кириллом, воздержался от поминовения в диптихах всех предстоятелей поместных Церквей (кроме Кирилла!), с которыми Иерусалимский патриархат состоит в общении. Встретился с Владимиром Путиным, выслушав как его обещания дальнейшей помощи Гробу Господню и защиты гонимых христиан Ближнего Востока, так и туманные намеки на особую близость с руководством Израиля через раввина Берла Лазара. В заключение благосклонно принял денежную премию Фонда единства православных народов, сумма которой не разглашается, но, нужно думать, что в условиях нынешней турбулентности «мирового православия» довольно высока.

С другой стороны, высказывался Феофил подчеркнуто дипломатично, не принимая полностью ту или иную сторону в нынешнем конфликте Москвы и Константинополя. Конечно, российская пропаганда сможет найти в его речах несколько полезных для себя цитат. Но какого-либо осуждения автокефалии ПЦУ не прозвучало, а имена Патриархов Варфоломея или Феодора и вовсе не упоминались. Единственное, чем запомнится этот визит и в чем состоял его смысл, - инициатива собрать всех предстоятелей официальных поместных Церквей на как бы нейтральной территории в Аммане и попробовать там помирить Кирилла с Варфоломеем.

Похоже, маятник в сознании Патриарха Кирилла качнулся теперь в сторону поиска «путей к сближению». Точнее, этот маятник качнули туда внешние силы, уставшие обманываться заверениями ОВЦС, что сначала Константинополь окажется во всеправославной изоляции, а потом Элладская архиепископия «будет последней», которая признает ПЦУ. В Кремле решено отказаться от проекта «мировое православие-2» в силу его затратности и несбыточности, а значит будут подталкивать Кирилла к «эстонскому сценарию» в Украине. То есть к признанию всеми спорящими сторонами «каноничности» параллельного сосуществования на территории одного государства проконстантинопольской и московской юрисдикций.

О важности очередной «смены вектора» внешней политики РПЦ МП говорит спешная отмена заседания ее Синода, назначенного на 22 ноября и призванного юридически оформить разрыв с Александрийским патриархатом. Если бы Синод состоялся-таки сегодня, то у председателя ОВЦС МП были бы шансы удержаться на своем посту, но для «смены вектора» определенно нужен другой министр иностранных церковных дел.

Но это все «с московской точки зрения». В отличие от лубянских экспертов по религии Патриарх Феофил не настолько наивен, чтобы думать, будто Патриарх Варфоломей и его союзники охотно откликнутся на подобное приглашение и приедут в Амман мириться с Кириллом (с которыми, как они считают, и не ссорились – разрыв общения носит односторонний характер). А раз не приедут они, то какой резон ехать «колеблющимся», демонстрируя тем самым выбор более определенной позиции в ситуации нынешней всеправославной неопределенности?

Итак, версия номер один. Патриарх Феофил всего лишь вынужден был выполнить дипломатический ритуал, к которому обязывает гражданство государства Израиль и зависимость его патриархата от финансовых вливаний России и массового русскоязычного паломничества. Дескать, «сделал все, что мог, и не виноват, что одна из сторон не смогла/не пожелала приехать».

Версия номер два. Патриарх Феофил все же согласовал свой шаг с Варфоломеем, но не в том смысле, что тот готов приехать в Амман, а в рамках некоей хитрой «греческой игры». Добившись согласия Патриарха Кирилла (Гундяева) на Всеправославную встречу (во главе, разумеется, с Варфоломеем), греки во многом обесценили его мутный протест против Критского собора и психологически облегчили колеблющимся предстоятелям других Церквей признание ПЦУ. Готовность Кирилла к компромиссу – начало демонтажа его образа «центра силы», который, перефразируя Владимира Путина, не видит смысла в существовании православия, если в нем не будет доминировать Московская патриархия и лично он, Владимир Михайлович.

Законы жанра требуют еще и третьей версии – полной зависимости Феофила от Москвы и презентации им идеи, этой самой Москвой и сгенерированной. Нелепость идеи – серьезный аргумент в пользу этой версии. Но нынешний Иерусалимский Патриарх зарекомендовал себя как тонкий церковный политик, вполне в греческом стиле, поэтому у нас пока нет оснований думать о нем так плохо.

В любом случае, продолжается триумфальное шествие Патриарха Кирилла по ловушкам и капканам, которые ему расставили конкуренты по «мировому православию» и их «заокеанские покровители». Если главной его задачей было как-то очень необычно войти в историю – он уже решил ее: распад системы «мирового православия» отныне и на веки вечные будет связан с его именем. Однако личное подключение к процессу кремлевского автократора свидетельствует о том, что задачи большой московской политики и личные цели (или их отсутствие) Патриарха Кирилла расходятся все больше.

Александр Солдатов,

_________________________

P.S. Упорное желание связывать проблемы религиозного ренессанса в нашей России с именем патриарха Кирилла, якобы ответственным за все казусы этого процесса, за нежелание россиян становиться поголовно православными, учить своих детей Закону Божьему, строить храмы на месте скверов и вместо дворцов культуры.

Вполне понятно, что либералы и поклонники монархической идеи смотрят только на США. А в США сидят бывшие пособники фашизма, наследники священноиерархов, объявивших анафему большевикам и по сей день с радостью поддерживающие и раздувающие мифы о репрессиях и о сходстве сталинизма и гитлеризма.

В такой ситуации Путин всегда будет врагом европейского либерализма, покровителем захватнических олигархических ЧВК в Африке и Азии, а патриарх Кирилл — разрушителем православия в РФ, самым богатым монахом и неумелым дипломатом в межправославных диалогах.

Трудно сказать, какой он на самом деле. Трудно сказать его ли вина, что российское духовенство восприняло возможности обогащения в том же ключе, что и российские олигархи и бизнесмены, что вера давно переродилась в прагматизм во всем мире, но то, что патриарх Кирилл объявлен крайнем в мировых проблемах оскудения веры, дележки наследства единого некогда православия между закусившими удила иерархами всех православных церквей в погоне за собственными выгодами, то это так же верно, как и то, что западный капитализм  не оставит в покое РФ и РПЦ МП до тех пор, пока и власть светская, и власть церковная будут очень умерено отрекаться от советского прошлого.

Западу нужно, чтобы в Россию вернулись все те, кто когда-то призывал Гитлера освободить Россию от большевизма, все те, кто готов открыто и громогласно признать коммунизм и фашизм единым целым, кто отречется от последнего советского праздника- Дня Победы и переименует все без исключения улицы и города, вернув старую Россию не только мысленно, но и зримо, без мавзолея, без памятников советским людям и воинам, без улиц и площадей героев советского прошлого.

Пока патриарх Кирилл останется наследником советской церкви и не отречется от патриарха Сергия, все мировые проблемы, порожденные отнюдь не им, а кризисом мирового православия и вообще христианства, его будут делать крайним и обвинять в том, что по сути есть вина перестройки от Горбачева и капитализма от Ельцин, что есть на самом деле невозможность в одночасье заставить бывших граждан СССР забыть свое  свободное и счастливое прошлое.




Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic