ansari75

Categories:

Угасший "Огонёк" как путеводитель по Эпохе и Постэпохе


На фотовыставке в Доме фотографии на Остоженке в 2005-м я зависал минут по десять перед обложками «Огонька». Точнее, это были просто чёрно-белые фотографии 1930-х годов, а не обложки – но была в них какая-то эпическая силища, которая не позволяла пройти мимо. Не красненький лэйбл «Огонька» делал их такими, конечно же, а тот строжайший творческий отбор, который фотографии проходили - куда там капиталистической конкуренции! Социалистическое соревнование фотографов заставляло работать на такое потрясающее качество, что вот и получались произведения искусства: стоят почти античные, но явно советские статуи на знакомой, вроде бы, Манежной площади, позади них виднеются и строящийся Совнарком (нынешняя Госдура), и гостиница «Москва», но всё это пространство наполнено самим народом-созидателем, который вроде бы ниже статуй, но… гораздо выше и самой Античности даже. Ощущение продолжающегося строительства коммунизма запечатлено на фото. Вот о чём были обложки «Огонька». Не помню, эта ли обложка была авторства Шайхета, или всё же Родченко – но я был приятно удивлён, поскольку в доме, построенном сыном того самого фотографа Шайхета живёт моя тётя, и сам он жил… Собственно, в гостях у тёти я его и видел.

Сам дом безликий, панельный - разве что выше своих собратьев и в центре выстроен. Шайхеты, само собой, тоже нашли что припомнить плохого Советам: ведь папа-фотограф был репрессирован за то, что сфотографировал случайно Розу Люксембург в момент произнесения речи, и что-то там из нижнего белья виднелось. Очевидно, что припомнили это на несколько пятилеток позже времени, когда фотография была сделана – но якобы именно за это и пошёл по этапу. Да, бывало такое. А в случае «Огонька» - так сплошь и рядом. Михаил Кольцов вот, например…

Как вы, наверное, догадались, не о тех годах и номерах поведу я речь. Просто пользуясь возможностью такого «пролонгированного» сравнения, которое имеется у моего поколения, хочу поговорить о судьбе той прессы, что досталась новорусскому капитализму от Страны Советов в наследство – причём именно эта пресса и вершила на идеологическом фронте перемены, которые обосновывали капитализм, которые открывали пути контрреволюции.

Феномен этот необъясним никакой конспирологией – не набрать ЦРУ столько агентов, это были искренние борцы с тоталитаризмом, борцы за «историческую справедливость», из которой не только некоторые из них, но и целые республики и журналы живыми не выплыли. Зато «справедливость» - торжествует… над самими носителями той справедливости, над советской прессой, оказавшейся в антисоветских руках.

Однако позволю ещё одно воспоминание, освещающее «Огонёк» изнутри. Это был конец восьмидесятых – я вращался в кругах творческой элиты как бы с чёрного хода. Всегда был прибившимся к стае мажоров чужачком из бедных слоёв «центровых», но именно эта позиция позволяла мне замечать многое. Как-то раз к Стычкиным пришёл Геннадий Хазанов – ну, ясное дело, мы стояли в прихожей, глядя на невысокое божество тогдашнего телевидения в почтительном молчании, что его немного озадачило, он пожал нам руки с ехиднейшим сочувствием (артист даже в такие минутки). Он-то привёл свою дочку Алису за компанию, который и был Жэкой оказан приём, но уже без меня – я всегда в такие минуты учтиво уходил на свой шестой этаж с четвёртого… Но с Виталиком Коротичем мы пересеклись, помню, на улице, на Страстном – как раз неподалёку от того исторически первого «Огонька», где и работал Михаил Кольцов, а «Огонёк» времён Коротича повесил на этом здании соответствующую мемориальную серую доску – «чтобы помнили». Жертвы репрессий в те годы шли на вес золота…

Так вот: Виталик был в плаще песочного цвета. Этаком советском плаще, в каком ходили комсомольцы и партийные работники – «под галстучек». Одно это делало его взрослее нас. Не смотря на то, что ни я, ни друг мой Евгений никогда «Огонька» не читали – фамилия Коротич была уже столь весомой рекомендацией, что это и был пропуск в мажоры, в «золоту молодёжь», в элиту. Хотя, вёл он себя скромно. Мы шли за ним, а он что-то говорил весёлое, и Жэка подхохотнул на слове «кулёк» - так действительно поныне зовут украинцы все пакеты. Где-то там я и оторвался от движения – а они могли направиться в «Метлу» (так звали мажоры кафе «Метелица» на Калининском) или на улицу Горького в тамошние места, я же как благопристойный отрок в этот час обязан был вернуться домой…

«Огонёк» в те годы, после старта перестройки, как и другие издания, достигал невиданных тиражей. Он и прежде был одним из органов ЦК КПСС, статья или просто публикация в котором меняла судьбы людей и страны. Вкладка «Огонька» была для художников дороже персональной выставки – железно гарантированное будущее, заказы, слава… Журнал был действительно потрясающей по качеству «утряски» информации – в чём-то высший среди журналов страны вообще. Были разве что «Известия ЦК КПСС» - но это сугубо текстовая «толстушка». А «Огонёк» - он обо всём, особенно в сфере культуры.

И вот, когда пробудились уже наши собственные читательские интересы, когда заслушали и заиграли мы в школе рок, то, помню, мамина подписка на «Огонёк» стала интересна и мне – это всё ещё был Коротич главным редактором. Помню, на даче я едва ли не насквозь «проглядел» фоторепортаж с рок-фестиваля, где были фотографии «Наутилуса Помпилиуса» и других звёзд соврока, подумывал даже, как бы вырезать или хотя бы вырвать вкладку – а репортаж тоже прочитал вдоль и поперёк. Оттуда я и узнал о панк-группе IMKE эстонской – и, будучи в 1988-м на Алтае в археологической экспедиции вместе с эстонцами (там была и дочка археологов, панкушка Тиу), козырнул знанием «фольклора»…

Журнал был не просто всесоюзного масштаба, для кого-то просветительский (как для меня) – он и был овеществлённым общественным сознанием, и всё, что творилось с этим сознанием, сперва появлялась в «Огоньке». Он был не только органом партии – он был органом интеллигенции, который упорно тянулся на Запад, словно росток к Солнцу. Это выглядело сперва как нечто логичное для «разрядки» и гласности, но вскоре уже имело вид не просто фронды – а виляющим собакой хвостом. Причём виляющим перед капитализмом.

А потом он и наступил, капитализм. Долгожданный, намоленный. По ступенькам «Огонька» взошёл на трон… В издании этом легендарном, сперва как автор, а потом и как главный редактор работал тот самый Юмашев, который написал Ельцину «Исповедь на заданную» тему, чем обеспечил себе олигархическое будущее… Кстати, предлагал роль биографа Ельцин и писателю Юрию Полякову – только он отказался, репутация писательская уже была. А вот Юмашеву, оной не имевшему, было в самый раз взяться за такое в период опалы будущего «царя Бориса».

Не имея возможности разложить тут пасьянс обложек, ограничусь весьма говорящей.

Это Алексий Вторый прибыл впервые в Гефсиманский сад и прочие места святые – что может быть интереснее стране победившей Реставрации (капитализма вкупе с православием и царизмом – но на культурном пока только уровне). Как вы думаете, а что у этого же «Огонька» на тыльной стороне обложки – то есть на том же самом листе, который являет собой единство и отнюдь не борьбу начала и конца?

А вот, поглядите, какая милая девушка. Рекламу сию тоже можно разглядывать как документ Постэпохи, уже зная, сколь бесславной смертью, похороненный на собранные друзьями средства, помер легендарный Мавроди – человек, лицо которого было на «деньгах»!

Но это ещё тот «Огонёк», который читали и выписывали. По инерции, впитывая уже веяния освободившейся интеллигенции, получая передозировку ядом «грехов тоталитаризма». Реклама услуг «МММ» - это по сути обложка, это витрина достижений «огоньковцев» в политике, которая с другой стороны оказывается экономикой…

И вот «Огонёк» из еженедельника становится при Юмашеве ежемесячником, а потом и Юмашеву незачем стало возиться с подобными мелочами – «Исповедь» сработала и настало время получать в личную собственность куски социалистической собственности, которые, как в тех высмеянных «Огоньком» магазинах давали побольше и посочнее партноменклатуре… Орган ЦК КПСС высмеивал снабжение ЦК КПСС чтобы… потом элита получила легальные права быть элитой, уже без приставки «парт».

Не буду перечислять умершие издания, поменьше «Огонька» славой – я сам год назад подрабатывал в еженедельнике, который столичные власти не знают уже, под каким бы подходящим предлогом выселить с «наследственной» территории на Цветном бульваре. Пропорционально нападкам собянинских крыс в газете растёт верноподданство и путриотизм самого похабного типа – это когда тебя мелкие хозяйчики по правилам, установленным Верховным Хозяином, мордой в навоз окунают, а ты говёными устами возносишь славу верховному Хозяину этих хозяйчиков, чем надеешься их отпугнуть.

«Огонёк» постигло даже не это, нет… К нему, логично закругляя виток социального регресса присобачился теперь твёрдый знак – он (лэйбл) взят на попечительство Алишером Усмановым, благодетелем всероссийским. За что боролись - на такого эффективного предпринимателя и напоролись, взял олигарх журналишко в качестве прицепа. В колонке редколегии значатся только персонажи ИД Коммерсант, своего штата и помещения, как ранее в высоченном здании комплекса близ улицы Правды, у журнала явно не осталось, как и своего лица – это неплохой журнальчик европейско отдизАйненный, но преемственности с собой не обнаруживающий. Внутрь смотреть не стоит – достаточно увидеть обложку, чтобы понять, с какой высоты упал и как сильно ушибся «Огонёк». Видимо, потому что из той большевистской искры, от которой он происходит, пламя ушло совсем в другую сторону – и вся свободная мысль переселилась в Сеть.

Ну, а на обложке осталось такое вот. Карикатура на обложе - ноу комментс, как говорят в цивилизованном по Коротичу мире... 

Вам интересно, что стало с самим главредом Коротичем? Ну, он же украинец обратно теперь, и в интервью – которые берут у него только потому что был в его жизни «Огонёк» и звание властителя дум, - рассказывает якобы от Мариэтты Шагинян услышанные похабные анекдотцы про семью Ленина, которого теперь называет «гордостью русского народа» (тут надо уловить ехидство сепаратиста: только русского народа, украинцы нынче статью "о гордости великороссов" запамятовали - а ведь именно им, поддержке их посвятил её Ильич). Видимо, «ленинопад» Коротича радует как итог его деятельности в органе ЦК КПСС… Издавать же что-то подобное силе и охвату «Огонька» теперь нив РФ, ни на Украине невозможно. Таковы трансформации общественного сознания и за ним следующие общественные транфсормации. Контрреволюция пожирает свои рупоры.

Чёрный Дмитрий

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic