ansari75

Category:

Советский соцреализм- благословение эпохи

Настоящее похоже на очень горячую пищу. Оно обжигает, но не дает уловить тонкие нюансы вкуса,  аромат и терпкость блюда. Нужно время, чтобы  оно остудило лишний огонь и позволило бы заиграть всеми красками подлинный  вкус.

Так происходит не только с блюдами, но со всей нашей жизнью. Особенно показательно время для искусства.

Проходят годы и то, что казалось тебе скучным или наоборот вычурным как бы выглаживается в восприятии, стирая острые грани новизны и неприятия, но позволяя проявиться сущности замысла и мастерству исполнения.

Во всех музеях изящного искусства начинаются экспозиции с иконописи. Зал переходит в зал, эпоха в новую эпоху. Возрождение, маньеризм, барокко рококо, малые голландцы,  романтизм, классицизм, пока не достигает  живопись своей вершины – реализма.

А потом начинается переход от объекта к субъекту. Художник уже выражает не то, что царит в обществе, а то, что царит в его душе. И душа эта вместе с чувствами и впечатлениями вначале еще вполне адекватна реальности. Импрессионизм, пост импрессионизм, экспрессионизм. Но мало по малу личность уходит в глубины подсознания, вымысла или сочетания цветовых гамм.

Искусство перестает быть выразителем времени и жизни в ее реальном отображении. Побеждает концепт.

Конечно, при развитом состоянии духа, при воспитании вкуса и восприятия мира в образе и цвете, концепт можно уловить на уровне подсознания, но воспринять его адекватно авторскому замыслу становится  невозможно. Адекватность доступна пока только слову.

Именно способность искусства при том, условии, что оно творится духом и мыслью, а не расчетом и конъюнктурой, создавать в душе другого человека соответствующий отзвук чувства, мысли переживания, и составляет его особую ценность, соединяющую эпохи и людей в единое целое.

Однако уход от определенной формы каждого из видов искусства, очень часто служит  не соединению человечества, а его разобщению.

С изобразительным искусством происходит то, что всегда было состоянием музыкальной формы. Еще Стравинский отметил, что музыка есть вещь сама в себе,  независимо от того что она внушает слушателю. С живописью до настоящего времени все обстояло иначе. Это  человеческие эмоции могли оставаться вещью в себе, а вот изображение несло строго конкретную мысль образа и заставляло через личное понять общее. 

Но когда реальность бытия ушла во внутрь, в собственное переживание индивида, живопись потеряла и символ, и образ, и сюжет, и время, т.е. бытие персонажей в конкретной форме.

Теперь живопись не сохраняет нам время в образе эпохи, не дает нам видеть людей и их жизнь, но занимается игрой линий, красок и кажущихся иллюзий, ошибочно принимаемых за символы  времени и личностного чувства.

Концепт убил душу времени, заключенную в жизни образной и конкретной. А музыка потеряла свою внутреннюю сущность, заключенную в мелодии.

И теперь ни музыка, ни живопись не способны внушить человеку ничего более, чем сочетание цветов или сочетание звуков, потому что и то, и другое перестало быть вещью в себе, а стало вещью для того, кто их создал.

Искусство звука и искусство изображения всегда несли в себе два главных человеческих качества : эмоции и память.

Музыка создавала переживания, а живопись – сохраняла эпоху и людей. Это и стало вершиной творчества, вершиной выразительности и точности.

Бродя по залам музеев мира, ты  замечаешь неоспоримое превосходство искусства конкретного, от искусства концептуального. Все до смешного просто. Мало людей в залах икон, много публики, восторженной и внимающей образу во всех залах от эпохи Возрождения до эпохи импрессионизма. В залах кубистов и абстракционистов, концептуалистов и прочих выразителей индивидуализма, можно потеряться в пустоте, так безлюдны они и тихи.

И вот в этом разорванном потерей образа искусстве внезапно открылся период, когда-то так презираемый нашей интеллигенцией. Это период советского соцреализма.

Вот тогда-то и вспомнились слова, что время – наилучший оценщик творчества. Когда нас водили на выставки советских художников, когда мы видели в журналах и в репродукциях картины соцреалистов, мы видели свою жизнь и не могли понять до конца значения этого периода в искусстве. 

Теперь же приходится заново открывать эпоху, приходится признавать, что никакая фотография, какая бы искусная она ни была, не способна передать колорит времени, эмоциональный настрой, передать гармонию и красоту изображенного с любовью.

Время подарило нам почти сто лет прекрасного искусства, не перешедшего в концепт, но сохранившего нашу жизнь такой, какой она была. Именно наша, советская жизнь останется символом эпохи через живопись соцреализма. Соцреализм подарил нам и нашему времени вечность, которую лишило себя европейское искусство формы без содержания.

Запад двадцатого века останется лишь в фотографиях, а наша жизнь – в красках и образах реальности.Но главное, советский соцреализм повернул и западный мир к созерцанию не концепта, а подлинной жизни природы, города и современников.

Что останется от нового времени двадцать первого века? Новые иконы без духовности и глубины созерцания, концептуальные унитазы и бесчувственные фотографии, без перспективы, воздуха и глубины изображения.

То же самое можно сказать и о музыке. Пусть музыка прошлого века была музыкой для кино и лирической песней, маршами и бодрыми строевыми, трудолюбивыми и молодежными гимнами.

Но это была эпоха искусства, живого, созидательного и хранящего память чувств и образа. Соцреализм сохранил реальность, пересилив абстракцию, примитив и концет. Он заразил Запад реальностью. И он понял, что искусство должно сохраниять свое предназначение: чувства и память.

Лотман писал: «Необходимость искусства очевидна. Оно дает возможность человеку пройти не пройденной дорогой, пережить не пережитое в реальном мире, дает опыт того, что не случилось. То есть искусство — вторая жизнь». Но только при условии, что это искусство, а не индивидуальный концепт.

Я намерено не указываю фамилий художников, чтобы сохранить не просто авторство, а духовное авторство эпохи

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic