ansari75

Category:

Ложь второй свежести.

Наша новая интеллигенция любит расписывать ужасы» советской цензуры и говорить о нынешней свободе.

Но вот странно, когда эти самые, не прошедшие худсоветы (в понимании нашей интеллигенция оценка художественного значения творчества и есть цензура),  фильмы пустили на экран, когда напечатали романы и повести эмигрантов, а заодно и тех, кто печатался в «Континенте» В.Максимова, то очень многие, верившие диссидентской болтовне, с прискорбием убедились, что вся эта запретная литература, как и не вышедшие в прокат фильмы, отнюдь не творения гонимых гениев, а либо идеологическая халтура, либо графоманство.

Интересно, почему не печатают сейчас ни романы Феликса Светова, ни Гладилина, ни того же Максимова? Да потому что вряд ли эта литература будет продаваться . Она представляет собой не зажатый цензурой шедевр, а откровенную заказную конъюнктуру. Прошло время банкета и все диссидентские писания выбросили с разбитыми тарелками и обветшавшей мишурой на свалку, даже не истории, а на свалку бездарных творений.

Есть еще одна любимая тема: советские мажоры, если верить Рыбакову и его роману « Дети Арбата».

Вот только странно, что мои сокурсники, дочь композитора Кабалевского, дети инструкторов ЦК и городских прокуроров, сын искусствоведа профессора Сарабьянова не знали, что должны были играть роль мажоров, а тихо и скромно учились в своих группах, ездили на картошку и приглашали к себе на дни рождения, не пытаясь изнасиловать или опоить провинциалок. Просто уникумы какие-то.

Или вот еще благодатная тема: быт. Особенно любят писать о «хрущевках» и малогабаритных квартирах, о поселковых домах городского типа, и о необходимости пользоваться общественным транспортом вместо личного авто, будто в Европе все граждане располагали апартаментами в двадцать комнат и ездили сплошь на кадиллаках.

Трущобы Лондона и Парижа были снесены еще в 19 веке. А в Петербурге и Москве – в 20-м, аккурат в период послереволюционного очищения страны от нищеты, безграмотности и антисанитарии.

Квартирный вопрос, так нервировавший Булгакова (из 8-ми комнат – в коммуналку, конечно, очень круто и есть о чем пожалеть), порожден был не Советами, а слишком большой «любовью» царей к родимой России, которую они уже в век развитого капитализма продолжали мыслить крестьянско- крепостной и терпеливо-православной. 

Трущобы, подвалы и чердаки, в которых селились даже не по отдельным комнатам как в советской коммуналке, а по углам одной комнаты, были мечтой крестьянина, приехавшего на заработки в город, потому что полоска земли, полученная за выкуп после реформы 1865 года, никак не могла прокормить ни его самого, ни тем более его семейство.

Сто лет между решением жилищной проблемы в Европе и России никак не учитываются демагогами – антисоветчиками. Им милее «Собачье сердце», чем истина. 

А как вам разрушение европейской части России в войну и необходимость восстанавливать жилой фонд? 

Немцы свой Дрезден восстанавливали с помощью СССР и знают, что значит тотальное разрушение города. Может быть поэтому они не спешат избавляться от советских «хрущевок» и не жалуются на небольшие габариты квартир. А может быть потому, что наглядно ознакомились с тем, какие на самом деле жилищные условия были в вожделенном ФРГ у большинства рабочего люда на момент уничтожения социалистических стран. Да и дороговизну обслуживания высотных домов в Европе тоже знают.

Наши туристы любят заграницу как некий музейный экспонат, любят гулять по городам и сидеть в кафе. Но турист не видит того, что есть реальная жизнь. Его легко обмануть высказываниями Рязанова устами героев фильма «С легким паром» о том, что квартирки-то у них мало того, что однотипные, так еще и не слишком большие. «Мы тут живем, с мамой. Полезная (полезная!,т.е. именно комнаты) 32 кв метра. -Поздравляю, у нас не очень большие квартиры.»

А чтобы сказали герои, если б им пришлось жить в Париже, где вся квартира – полезная площадь, потому что никаких прихожих нет. И составляет эта «полезная площадь, чуть больше 20 кв. м. В лучшем случае те же 32, но включая и туалет с душевой кабинкой и кухню. Есть квартирки, где кухня и есть комната, и в ней вы принимаете гостей, и смотрите телевизор, а, возможно и спите. И не думайте, что это студия. Это квартира типа нашей однокомнатной «хрущевки». 

Нынешняя мода на квартиру студию отнюдь не экстравагантное ноу-хау свободомыслящих новаторов-европейцев, а вынужденное решение комнатных проблем, потому что в том пространстве, которое продается гражданину для проживания, комнаты будут размером с чулан.

Гораздо проще и эффективней вообще не делить кусок пространства, данного вам в качестве жилья, на комнаты. Без них хоть какое-то пространство создаст видимость удобств.

Или, вновь вспоминая Рязанова и его сетования по поводу однотипных застроек советских городов, обратим внимание на западные города. Неужели вы всерьез считаете, что Европа остается малоэтажной в интересах экологии и нелюбви к однотипности?

Увы, причина отнюдь не в том, что где-то в Париже или Милане могут обнаружиться одинаковые улицы Строителей и одинаковые многоэтажные дома. Одноэтажные коттеджи производят не менее унылое впечатление своей однотипностью и абсолютной стандартной похожестью. Пригороды любого западного города – это такая же однотипность и похожесть, только иного размера и стандарта. Архитектура, как и любое творение рук человеческих имеет уникальность лишь как исключение для богатых, кто может затратить большие средства и создать себе дворец или особняк. В остальных случаях для большинства населения будет стандарт и однотипность. Это человеческий закон бытия. Уникальное всегда  штучный товар, массовое же всегда стандартно и однотипно. Обманул вас Рязанов, высмеивая советские многоэтажки и типовые новые кварталы. 

В них важны были не разнообразие и вазы с гипсовыми цветами по карнизу, а удобство проживания работающих простых граждан, удобство в обслуживании и экономия тепла, воды и света при не единоличном потреблении, а в создании единого комплекса из котельных, подстанций и водонапорных башен.

Почему же в СССР строили многоэтажки, а в Европе- малоэтажки? Причина в том, что обслуживать многоэтажные дома – дорогое удовольствие, особенно когда лифт должен быть первой необходимостью в 17-ти этажном здании. Эти лифты дорогое удовольствие. Они по карману только американским миллионерам.

Гораздо экономней строить домик в три-четыре этажа и передавать заботу о нем в руки самим жильцам. Особенно это выгодно там, где отопление никогда не существовало как коммунальное удобство, и каждый решал сам, отапливать или нет свой угол своими силами.

Нестыковочка и в вопросах личного транспорта. Очень любят наши пропагандисты капитализма расписывать факт наличия автомобиля в каждой американской семье. Будто не знают и не понимают, что в США градостроительство пошло по особому пути. Вопрос: либо личный транспорт, либо общественный в Штатах был решен в пользу личного, потому что стал гораздо более дешевым решением, чем общественный. 

США никогда не располагали традициями коллективизма, кооперации и имели государство только в статусе «ночного сторожа», которое не вмешивается в частные дела граждан. Там даже в интересах городской инфраструктуры или развития пригорода очень трудно подвигнуть собственника к уступке общественным интересам. Соответственно, города росли не ввысь, а вширь, там, где твоя земля и где ты хозяин сам себе. Об инфраструктуре, городском и междугороднем транспорте государство не могло заботиться, а сами граждане – тем более. 

В стране, где процветали автозаводы Форда с производством легковых автомобилей, а не междугородних автобусов и внутригородских трамваев, где плотно заселены были только побережья, где улицы тянулись вдоль всей прибрежной полосы, а не переплетались лабиринтом внутри небольшого пространства, именуемого городом, где обитаемые участки внутриматериковой территории были разбросаны хаотично и далеко друг от друга, вполне естественно было гражданам пересесть на личный транспорт, а не тратить деньги на поезда или автобусы, которые никогда бы не окупили себя из-за малого числа перемещающихся на них жителей. Оказалось, что построить шоссе дешевле, чем железную дорогу. Оказалось, что к своей ферме, затерянной на материке, где этот фермер живет  один, без соседей и поселковой администрации, конечно, легче проехать на автомобиле, чем создавать городские центры и вести к нему междугороднее сообщение.

В американских условиях общественный транспорт никогда бы не только не принес прибыли, но даже не окупился бы. 

У нас ведь после перестройки малонаселенные села мгновенно лишились междугороднего сообщения, потому что стало невыгодно перевозить десяток человек два раза в сутки. 

Но если у нас общественный транспорт бросили из-за малодоходности, не заменив его частными автомобилями, то в США эту проблему за сто лет решили вполне сносно. И теперь наши дилетанты от идеологии рассказывают, что для граждан СССР автомобиль был роскошью, а вот в США этот автомобиль был чуть ли ни у каждого члена семьи. 

А вот лучше рассказали бы они, как в советское время легко можно было добраться до любого населенного пункта на общественном транспорте, и как невозможно было в США без личного автомобиля добраться до своих знакомых или родственников. Однажды пришлось узнать, что не все то благо, которое пытаются представить благом.

А вот чем отличалась жизнь в Советском Союзе на самом деле от всех известных в истории обществ, можно в двух словах: подлинным социальным равенством, верой в будущее, высоким уровнем образования, доступностью ко всем видам культуры, беззаботностью, отсутствием страха за завтрашний день и особенно - счастливым детством.

Ни в одной стране мира, ни в одном обществе дети не росли так свободно, не общались так дружно, без оглядки на родителей, их положение, на одежду и другие материальные ценности, не участвовали в самодеятельности, не ездили в пионерские лагеря и санатории, причем всегда бесплатно, как в СССР.

Сколько бы ни пришлось мне повидать стран, нигде дети из одного слоя общества не общались с детьми из другого. Нигде во дворах и на улицах вы не увидели бы играющих детей из приличных семей. Нигде и никогда дети не ходили в магазины сами, если только это не поселок с одним магазинчиком. Не бегали по дворам в играх «Казаки -разбойники» или «Стрелки», (прообраз нынешних квестов для взрослых).

Не будем вспоминать Марка Твена с его Томом Сойером или Астрид Лингред. В первом случае это еще не осознавшая сословных рамок американская глубинка. Во втором, судя по Малышу и Карлсону или Тони Блюмквисту, друзей у героев было не слишком много.

Европейские дети – это наши нынешние и никогда не были иными. А каковы нынешние дети и чем они отличаются от наших советских хочется продемонстрировать чужим рассказом, найденным в инете:

О детской непосредственности

Прочла в новостях про то, что гостья ушла со свадьбы из-за меню и вспомнила один смешной случай из реальной жизни.
 

Сын маминой подруги Женя восьми лет пошёл к приятелю на день рождения. В подарок понёс радиоуправляемую машинку. Через полтора часа он вернулся. На вопрос мамы почему так быстро вернулся, ответил, что на дне рождения было скучно. И полез в свой компьютер.
 

Через пару дней две мамаши встретились в супермаркете и та, у сына которой был день рождения спрашивает: а чего это твой Женька так быстро ушёл? И машинку, которую подарил Лёше унёс? Женькина мама готова была сквозь землю провалиться.
 

Придя домой она подозвала сына и строгим голосом спросила, Женя, как тебе не стыдно, мы специально купили машину для твоего друга Лёши. Зачем же ты её сначала подарил ему, а потом забрал и принёс домой?
 

На что Женя не моргнув глазом ответил: мам, они нас одним винегретом кормили.

Помните ли вы, чем вас угощали на днях рождениях друзей? Было ли меню определяющим в праздничный день? 

Невозможно представить, как бы мои друзья ушли из-за еды с моего праздника и уж тем более невозможно представить, что гость унес  с собой свой подарок в отместку за плохое угощение.

Именно потому, что советские дети не знали сословной и материальной разницы между собой, они вырастали в равноправных и социально свободных людей. Именно с этим равенством и социальной свободой ведется у нас непримиримая война.

Казалось бы, нынешнее хамство богатых и неуправляемость «мажоров», детей этих богатых, является результатом их безнаказанности и безответственности перед обществом, стимулируемой их богатством.

На самом деле, это интуитивная подсознательная потребность нового эксплуататора  уничтожить даже внешне равенство социальное и свободу духовно-нравственную.

Вернуть сословность хотя бы умозрительную, сделать простой народ покорно склоняющимся перед богатством и не добиваться своих прав и юридической ответственности богатых перед обычными гражданами.

Отсюда и такая агрессивная антисоветская пропаганда, отсюда стремление доказать, что все недостатки человечества были присущи только советскому обществу.

Нет, проблему «мажоров» не решить никаким  наказанием, не призвать их к ответственности и уважению народа. Вера в собственную исключительность и право творить все, что им хочется, уже вошли в их плоть и кровь, как входили в первые века появления частной собственности.

Их можно лишь  заставить дистанцироваться от народа. А для этого нужно расселять города по имущественному цензу, нужно отделять богатых от бедных самим родом занятий, проживания и доступа к развлечениям.

Между прочим, в Европе так и происходит. Богатые остаются культурными, уважительно относящимися к народу, потому что осознают свой статус и не перемешиваются в городской среде свободно и равноправно с этим народом как у нас. Наш же народ еще помнит свое советское равенство и не готов видеть в «мажорах» избранников божьих. Он видит реальность: хамство, наглость, неуважение и умственную ограниченность. Вот с этим, а не с «мажорами» и их родителями будет в дальнейшем бороться власть. Московская реновация – это только начало социальной сегрегации, но она непременно будет повсеместно.

Устойчивый антисоветизм всяких мироновых и фрицморгенов как раз и является дополнением к церковной проповеди смирения для переделки наших еще советских по духу  граждан в граждан нового общества, уважающих богатство и богатых и знающих, что Quod licet Iovi (Jovi), non licet bovi (что позволено Юпитеру, не позволено быку).

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic