ansari75

Categories:

Гигантомания по-американски.

Однажды кто-то из европейцев спросил нас: почему мы строим в городах многоэтажные здания, а не одноэтажные пригороды, как у них.

Ответить тогда на этот вопрос было довольно просто. Ведь многоэтажный многоквартирный дом легче, дешевле и проще снабдить всеми коммуникационными и коммунальными удобствами, от отопления, канализации, воды, вывоза мусора, до телефона и телевидения.

Пришлось видеть в южных странах крыши, утыканные частными антенами и усеяными трубами дымохода. 

Конечно, обогреть дом многоквартирный или каждому свой закуток — вещи несоизмеримые. 

В нашем климате даже в условиях многоквартирного дома иметь свое собственное отопление, совершенно убогая мечта. Знаю дома, где стоят индтивидуальные котлы, а часть квартир без жильцов и соответственно, без отопления. Так у оставшихся в квартирах замерзает водопровод в случае сильных морозов.

Помнится, у нас до перестройки зимой отапливали подвальные помещения и на первом этаже было не менее жарко, чем на последнем. Но в 90-е ради экономии в подвалах радиаторы срезали. И первый этаж стал сырым и холодным.

Если кому интересно, в инете можно найти расчеты выгод многоквартирных коммунальных услуг в сравнении с частным сектором из одного дома. Правда, сецчас старые статьи найти трудно, но все-таки есть надежда их найти.

Но многоэтажность многоэтажности — рознь. Одно дело пятиэтажки с наивысшей высотностью в двенадцать этажей и вошедшие в моду с конца 80-х дома в двадцать два этажа. Правда, когда эти высотки вписывабтся в низкоэтажную застройку единичными экземплярами, то они не портят ни внешней гармонии, ни на психику не действуют.

Но в последнее время в нашей стране гражданами чиновниками и предпринимателями обуяла мечта строить американские небоскребы Манхетена и Чикаго. Они решили, что жить на 30-м этаже — это в высшей степени престижно и так по американски капиталистично.

Даже планировку квартир стали делать как в Америке: длинный коридор с квартирами по обестороны и без всяких прихожих.

Но если вы думаете, что причина только в осуществлении американской мечты, то вряд ли поймете до конца менталитет наших застройщиков и архитекторов. Выгода и жадность родились прежде их самих.

Барачный тип конструкций это же такая выгода в заселении. Ни тебе лишних метров на лестничные площадки, на прихожие и холлы.

Кроме того, на месте пятиэтажки двадцать этажей! это сколько же жильцов и сколько с них денег при той же площади застройки!

Вот и гонятся за американской мечтой гигантомании. Ведь это оттуда пошла мода на небоскребы и огромные лимузины.

Утраченное Измайлово

Мария Подъяпольская

Изменение облика Москвы по историческим меркам происходит молниеносно, и не благодаря войнам или стихийным бедствиям, как это было в предыдущие эпохи, а по воле правителей и чиновников разного ранга. И если раньше приговаривали к сносу ветхое и «ненужное» (храмы, например), то позже единственным мерилом ценности стало количество квадратных метров, а многие дома, построенные в эпоху активных советских строек, не простояли и четырех десятилетий и были затем снесены. В полной мере это коснулось и московского района Измайлово.

Измайлово стало частью города Москвы не так уж и давно – в 1935 году, и на тот момент это был малонаселенный район, большую часть застройки которого составляли деревянные дома: или частные (как на территории бывшего села Измайлово), или одно-двухэтажные бараки для рабочих. Кирпичных строений в районе было мало – если не считать комплексов ткацкой и меховой фабрик, было здание больницы и несколько школ, построенных во второй половине 1930-х годов.

По-настоящему активно осваиваться и застраиваться Измайлово стало после войны, когда в СССР был взят курс на массовое жилищное строительство, в том числе и в Москве. У Измайлова здесь были преимущества: во-первых, много свободных территорий – было куда развиваться, прокладывать новые улицы, размечать кварталы, которые сразу же отводились под застройку. Во-вторых, это был район, связанный с центром города линией метрополитена, которая начала строиться еще до, а достраивалась уже во время войны (на тот момент последней станцией этой ветки была нынешняя «Партизанская», тогда – «Измайловский парк культуры и отдыха имени Сталина», открытая в январе 1944 года).

В послевоенные годы была сделана ставка на малоэтажное типовое строительство (такие дома быстрее строились и вводились в эксплуатацию), оптимальным был признан поквартальный тип застройки. В основном строились двух-трехэтажные дома, реже четырехэтажные, было разработано несколько десятков проектов типовых домов, хотя большинство зданий возводилось все-таки по авторским проектам, разрабатываемым под конкретные цели.

Особенностью строительного периода второй половины 1940-х годов было то, что застройку городских территорий вели одновременно различные министерства и ведомства, лишь малая часть строилась собственно по заказу городских властей. Как правило, у этих ведомств были свои собственные проектные институты и строительные тресты. Впрочем, некоторые ведомства могли использовать в качестве рабочей силы военнопленных, а также советских заключенных. Их доля в общем строительстве была не очень велика, однако до сих малоэтажные послевоенные дома у нас принято называть «немецкими», вне зависимости от того, действительно ли их строили пленные немцы.

Наиболее крупным и влиятельным министерствам и ведомствам под застройку выделялись сразу целые кварталы. Так было и в Измайлове. Проекты планировки этих кварталов подразумевали, помимо строительства жилых домов, возведение детских садов, магазинов, бань-прачечных. Также обязательно предусматривалось озеленение и благоустройство кварталов: создание скверов, газонов, цветников.

«В новых малоэтажных комплексах нашли свое яркое выражение принципы социалистической массовой архитектуры, – сообщала одна из статей в журнале «Архитектура и строительство» за 1948 год. – Новые жилые городки, напоминающие собой парки, хорошо спланированы, щедро озеленены. Они лишены каких бы то ни было черных дворов и всяких задворков – типичных элементов капиталистической жилищной архитектуры. Все фасады отдельных домов малоэтажного ансамбля мы стремимся сделать почти в равной степени архитектурно выразительными, чтобы все они активно участвовали в создании полноценной архитектуры жилого городка. Советский дом – это, прежде всего, комплекс жилых помещений квартиры и всего, что его окружает – сад и двор, площадь и улица, неотъемлемой частью которых он является. Вместе с тем представления о жилом доме ассоциируются у советского человека с уютом, порядком, чистотой. Вот почему так важны хорошее благоустройство и озеленение, добротность материалов, светлая окраска, интимность в решении отдельной ячейки городка – жилого дома».

Действительно, это была очень комфортная, сомасштабная человеку архитектура: невысокие дома с лоджиями и галереями, стоящие в окружении скверов и палисадников, неширокие внутриквартальные проезды, ограда с воротами по границе городка – все это было призвано создать камерный, уютный мир, который хоть отчасти мог бы компенсировать его обитателям тяготы послевоенной жизни.

Одним из первых квартальных поселков, построенных в Измайлове, был так называемый «городок нефтяников» — поселок Главнефтегазстроя, располагавшийся в квартале, ограниченном Первомайской, Нижней Первомайской, 14-й и 15-й Парковыми улицами. Этот жилой поселок, созданный в 1948-1949 гг. по проекту архитекторов Миграна Лисициана и Георгия Маляна, должен был стать своего рода образцом для новой городской застройки Москвы.

В последующие несколько лет в Измайлове был выстроен еще ряд малоэтажных ансамблей, в создании которых принимали участие архитекторы А.В. Арефьев, Г.М. Вульфсон, Л.О. Бумажный, В.П. Попов и другие. Руководство некоторыми проектами осуществлял академик архитектуры И.В. Жолтовский. Однако уже в начале 1950-х годов в стране был взят курс на более высотное строительство, а возведение малоэтажных жилых домов было признано нецелесообразным и вскоре сошло на нет.

Несмотря на архитектурные и планировочные достоинства этих малоэтажных ансамблей, в обществе не сложилось понимания их ценности как оригинальных и по-своему уникальных произведений архитектуры. В эпоху массового многоэтажного строительства в Измайлове многие из послевоенных поселков были приговорены к сносу. Их начали уничтожать уже в начале 1980-х годов, одним их первых был снесен и «городок нефтяников» (от всего ансамбля сохранилось лишь два дома).

Постепенный снос малоэтажной застройки в Измайлове продолжался и в 1990-е, и в 2000-е годы, особенно много домов было утрачено в период строительного бума первой половины 2000-х. Распорядительные документы Правительства Москвы того времени предусматривали масштабный снос измайловских трехэтажек и новое строительство на их месте, но, по счастью, эти планы не были реализованы, хотя точечные сносы шли довольно активно. Так, был утрачен «дом с башенками» на Первомайской улице, дома на Нижней Первомайской и 10-й Парковой улицах, несколькими годами ранее была снесена застройка квартала между Средней Первомайской улицей и Измайловским бульваром.

В прошлом году над старой застройкой Измайлова нависла новая угроза – реновация, под которую попали многие послевоенные дома. К счастью, быстрая реакция градозащитников позволила отстоять их от сноса, теперь дома обещают ремонтировать, но не ломать.

Единственный дом, который находится под угрозой и чья судьба не ясна – выселенное трехэтажное здание на Средней Первомайской улице, 19. Этот дом – единственное, что сохранилось от небольшого ансамбля жилых домов, построенного здесь в 1949 году. Еще несколько лет назад он был жилым, а на первом этаже работало отделение почты.

Вот уже несколько лет как дом стоит заброшенным, его фасад затянут зеленой сеткой. Здание значится на балансе ГУП «РЭМ» и в прошлом году выставлялось на торги по цене двухкомнатной квартиры, однако желающих выкупить его не нашлось. Но нетрудно предположить, что новый собственник захочет сделать с домом, когда тот все-таки будет продан.

Надо признать, что проблема сохранения малоэтажной застройки Измайлова (как и других районов города) связана в первую очередь с тем, что советская архитектура послевоенного периода пока не в полной мере осмыслена нами как нечто ценное и подлежащее обязательному сохранению. Обитатели этих домов жалуются на их износ, девелоперы рассматривают такие дома только как источник потенциального дохода – снести 3 этажа и построить на их месте 25. Показательна и позиция Департамента культурного наследия (ДКН), не слишком желающего придавать даже лучшим образцам послевоенной малоэтажной жилой застройки статус объектов культурного наследия. Вывод отсюда только один: никто не позаботится о сохранении нашего архитектурного наследия, кроме нас самих. Так что будем убеждать и просвещать жителей (и чиновников по возможности), изучать архивы, подавать заявки в ДКН – глядишь, и сумеем переломить ситуацию к лучшему.

Фото: архивные — сайт pastvu, современные — Николай Калашников, Мария Подъяпольская

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic