ansari75

Categories:

Тайная канцелярия

«нет правды на земле.

Но правды нети выше.» (Пушкин. Моцарт и Сальери)

Существующая во всем мире во все времена практика сотрудничества граждан с властью, создание органов разведки и контрразведки, от Тайной канцелярии до ФБР, ЦРУ, Моссада или ФСБ,  признается по обстоятельствам политической ориентации государства, добром или злом. И только для СССР становится абсолютным злом и преступлением.

Недавно Портал кредо.ру опубликовал статью под заголовком:

"Больше всего осведомителей было из священнослужителей"Полковник КГБ ЛССР о «мешках ЧК», которые откроют в мае

Это небольшое интервью с неизвестным. Наш спецкор встретился с полковником КГБ, назовем его «мистер W» и выяснил некоторые подробности «страшного прошлого».

- И батюшки потом доносили?

- Вы не дослушали. При Сталине началась повальное истребление священнослужителей. Такая у него была политика. А в середине войны произошел резкий «перелом»: священников стали выпускать из лагерей, отзывать с фронта. Зачем? Одна из причин – вести службы на территории врага. Конечно, под контролем НКВД. Так многие и работали. И не только священники, но и агенты НКВД. 

- Я слышала, что ходили слухи, чтобы изъять «карточку», то нужно заплатить приличную сумму. Сумма доходила до 5 тысяч латов. Это так?

- Нет. Это запредельная сумма. Насколько я знаю, то суммы были от 100 у.е. до 500 у.е. Это же было время перестройки. И цены другие. Да, мне говорили, что выкупались карточки. Но это глупость. Есть же журналы. Думаю, что скоро мы увидим и некоторых чиновников, и деятелей культуры и т.д.

- Объясните, пожалуйста, в картотеке КГБ ЛССР есть такое важное лицо, как митрополит Рижский и всея Латвии Александр Кудряшов. Он ныне действующий митрополит. Почему он или его пресс-служба не дает никаких комментариев по данному поводу?

- Это их политика. Они считают, что это все мирские дела и не имеют никакого отношения к духовности. Возможно, митрополит и прав. Зачем всем все объяснять? Если соответствующие органы придут к нему и попросят дать ответ, то тогда и разговор будет. Но за закрытой дверью. Не так все просто у «святых отцов». Могу сказать, что больше всего осведомителей было из числа священнослужителей. Даже во время войны. Даже на территории противника.

________________________

Наша беда в том, что вернувшийся капитализм кипит ненавистью к лишившему его на какое-то время радости наживы, социализму и теперь пытается отыграться , выставляя общемировую и общечеловеческую практику , как единственное зло, рожденное только Советской властью.

Но давайте вспомним, только ли в СССР был КГБ? Отнюдь. 

«  Во время раскопок руин древних городов в Двуречье на территории бывшей Месопотамии археологи обнаружили царский архив или библиотеку древнего владыки в виде множества глиняных обожженных клинописных табличек. Ученые считали, что вскоре смогут удивить мир новыми великими произведениями древнего искусства. Однако большинство расшифрованных под эгидой ЮНЕСКО текстов оказались из жанра, имеющего невысокую художественную ценность, но весьма ценимого деспотами всех времен. Более 90 процентов расшифрованных табличек оказались заурядными доносами. Таким образом, уже около пяти тысяч лет назад многочисленные осведомители  Ближнего и Среднего Востока «сигнализировали» своим властителям о нарушителях действующих законов и правил.»

Суждение верное по фактическому материалу, но неверное по идейному определению.

Любое государство, любая централизованная власть, являясь властью по подавлению и эксплуатации народных масс, не может быть уверенной в своей безопасности, если не будет делать попыток знать настроения народа и собственного окружения, если не будет пытаться разоблачить заговор или интригу. И, конечно, в этих целях используется институт доносов и слежки. Разница лишь в одном: анонимный ли донос или официально составленный официальным уполномоченным лицом. Тогда уже это не донос, а донесение.

И вот, если полковник W говорит о «мешках» с карточками и о фамилиях, то это уже, извините, не доносчики и не доносы. Их деятельность – это гражданский долг. К примеру, даже в древнем Китае прекрасно понимали разницу между доносом и донесением.

Китайский чиновник мандарин
Китайский чиновник мандарин

« Расследование преступлений и проступков в Поднебесной начиналось с заявления или доноса, причем анонимные доносы запрещались. «Право» на донос зависело от социального положения лица и его места в системе семейных связей, за исключением доносов о преступлениях против государя и государства. 

Доносчики щедро вознаграждались: «Независимо от того, является ли сообщивший знатным или человеком низкого происхождения, он полностью наследует ранг знатности, поля и жалование того старшего чиновника, о проступке которого он сообщит правителю»{2}.

Жестко карался ложный донос. Доносчику в этом случае грозила та же кара, которая полагалась бы обвиняемому им лицу при правдивом доносе.»

А древние иудеи донос, приведший к гибели Амана и вавилонской знать, даже сделали национальным праздником.

«В Древнем Риме доносчики — делатории (лат. delatores — «доносчик») были ключевой частью судебной системы. В те времена любой гражданин Рима мог возбудить судебное разбирательство, которое для обвиняемого могло закончиться конфискацией имущества, обращением в рабство или даже смертной казнью.

Римский судья
Римский судья

После установления власти императоров сфера деятельности доносчиков расширилась, и они дополнительно стали обвинять сограждан в измене.

В годы правления Траяна в Риме была прекращена «деятельность» и тайных доносчиков. Император приказал не реагировать на анонимные доносы»

Все изменилось с момента христианизации Европы. С того времени анонимность доносов не смущала правителей. 

Так, важной особенностью работы карательной системы Венецианской республики явилось широкое использование анонимных доносов. 

Во Флоренции, в монастыре Сан Марко, под окном кельи настоятеля также сохранилась узкое отверстие, в которое любой мог незаметно сунуть свернутый в трубочку донос на брата во Христе.

Одну из причин существования тайных канцелярий с давних времен выразил китайский философ Шан Ян:

«…Может одолеть сильного врага лишь тот, кто, прежде всего, победил свой собственный народ». «Когда народ слаб — государство сильное, когда государство сильное — народ слаб. Поэтому государство, идущее истинным путем, стремится ослабить народ».

Именно христианство использовало этот метод особенно интенсивно, вплоть до создания святой инквизиции. Цель – борьба с инакомыслием, со всякого рода переосмыслением религии, власти и божественности их сути. 

Как ни парадоксально, но Иудин грех, грех предательства, стал своего рода высшей добродетелью для всех тех, кто хотел помочь официальной церкви и власти. Иудами становились еретики, а их обличение – добродетелью.

Но и у инквизиторов были свои правила при получении доноса и необходимости выяснить его справедливость. Ни один еретик не мог быть осужден, если против него не было двух похожих, подкрепляющих друг друга, свидетельских показаний. 

Однако для выявления еретических учений, а так же тех, кто их распространял, не прибегнуть к помощи доноса было просто невозможно. И не только инквизиция сделала донос основным  средством в борьбе с еретиками.

Протестанты, особенно на начальном этапе, такие как Кальвин и Лютер использовали донос в еще большей степени, чем католики.

Ведьмам при Лютере стало жить еще страшнее, чем при разгуле святой инквизиции. Лютер был помешан на дьяволе в самом буквальном смысле. Основоположник протестантизма видел происки дьявола повсюду. Как писал историк и философ В. Лекки, «Вера Лютера в дьявольские козни была поразительна даже для его времени». Исследователи подсчитали, что в его писаниях дьявол упоминается чаще, чем бог. 

В каждый период истории власти по-разному стремились обезопасить себя, но донос использовался всегда. И если в эпоху инквизиции целью доноса было утверждение единомыслия и искоренение ересей,  что тоже являлось государственным делом, то в поздний период донос вместе с новым законодательством и новыми институтами управления был призван выполнять важную социальную роль – разрушить средневековые корпоративные связи и замкнутость сословных групп, над которыми возвышалась власть.

Однако вместе с подобными делами, где донос мог решить судьбу правителей государства или знатной фамилии, появлялись и сотни изветов «снизу». Отношение власти к ним было двойственным. Рядом с доносами истинными всегда существовали, намного превышая их по количеству, «ложные изветы». И в XVII веке, и в более поздние времена ими грешили прежде всего самые неблагонадежные члены общества, которым грозило наказание за какие-либо провинности, или уже «ведомые» преступники, «чтоб тем криком отбыть розыску».

Первой секретной службой в русской истории стала Тайная канцелярия Петра I.  Ее называли "русской инквизицией", под ее юрисдикцию попадали даже те, кто отказывался выпить за здоровье монарха.

Тайная канцелярия напоминала католическую инквизицию. Екатерина II в своих воспоминаниях даже сравнивала эти два органа «правосудия»: «Александр Шувалов не сам по себе, а по должности, которую занимал, был грозою всего двора, города и всей империи, он был начальником инквизиционного суда, который звали тогда Тайной канцелярией».

Это были не просто красивые слова. Еще в 1711 году Петр I создал государственную корпорацию доносителей – институт фискалов (один-два человека в каждом городе). Церковные власти контролировались духовными фискалами, которых звали «инквизиторы». Впоследствии это начинание легло в основу Тайной канцелярии. В охоту на ведьм это не превратилось, но религиозные преступления в делах упоминаются.

Письменные доносы в основном подавали горожане.

Редко кто мог соперничать с представителями духовного сословия по части красочности подобных обращений; замкнутое пространство церковного и тем более монастырского обихода, кажется, способствовало экспрессивности выражений и яркости проявления не самых лучших чувств. Не случайно в 1733 году правительство особо обратило внимание, что представители духовенства вместо того, чтобы «упражняться в благочинии», безмерно упиваются, «чинят ссоры и драки» и часто объявляют друг за другом «слово и дело».

Указ Синода от 1722, мая 17.
 

Об объявлении священником открытых им на исповеди преднамеренных злодейств, если исповедающиеся в оных не раскаялись и намерения своего совершить их не отложили. — С приложением особенной формы присяги для духовных лиц.

Кураев пишет : «Помню, в семинарские годы я малость ошалел от проходившей при мне беседе двух монахов. Обмениваясь епархиальными новостями, один сообщил другому, что некий их общий знакомый запрещен в служении. На вопрос "За что?" был ответ - "Сам дурак. Исповедаться пошел не к тому, к кому надо".

Дальше А.Кураев сообщает, что современный Закон о свободе совести гласит: "Тайна исповеди охраняется законом. Священнослужитель не может быть привлечен к ответственности за отказ от дачи показаний по обстоятельствам, которые стали известны ему из исповеди". (ст. 13,7). Кроме того, органам дознания и ФСБ запрещено вербовать священнослужителей и запрещено требовать от них сообщения сведений, которые стали известными им в ходе пастырской деятельности (по крайней мере, так было в 90-х годах).

Но, возможно ФСБ это и касается, но только не священников и архиереев. 

Именно так. В церкви нет незаменимой личности, нет мерила ее способностей. Служба единообразна и не требует ни таланта, ни даже памяти.  Узнать талант, способности, индивидуальность просто невозможно. Священник подчинен священноначалию столь же крепко как крепостной или раб хозяину.  Без позволения архиерея он не может не только сменить приход, епархию, но даже уехать в отпуск или к родным. Архиерей награждает и наказует единовластно, но как он узнает о достоинствах кого-то или о его грехах? В основном  по слухам, а оценит – по подаркам. О какой же нравственной свободе может идти речь, если церковь построена на бесправии?

Вот потому и становятся попы первыми осведомителями.  

А как обстоят дела в современном европейском обществе?

Граждане Германии обязаны сообщать в полицию в том случае, если им известно о подготовке тяжких преступлений, таких как убийство, похищение людей или же совершение террористического акта. Сообщить надо заблаговременно, пока правонарушение еще можно предотвратить. Закон позволяет писать донос анонимно, если содержащиеся в нем сведения достаточны для того, чтобы рассматривать его всерьез.

Специализированный немецкий онлайн-журнал Deutsche Anwalstauskunft приводит такие примеры: если ваш брат собирается пробраться в квартиру соседа и ограбить его, то сообщать об этом в полицию вы не обязаны. А вот если из переписки одного из родственников вы узнали о его планах расстрелять однокурсников, то закон требует от вас писать донос.

Cлов "доносительство", "донос" и "доносчик", толкуемых в отрицательном, так сказать, в русском смысле, в Америке просто нет. Есть слово "information" и "informer" - то есть информация и информатор. Они и переводятся как донос и доносчик. Чувствуете разницу в самом эмоциональном звучании? Здесь принято, чтобы служащие фирмы, банка, магазина сообщали начальству, кто из коллег опоздал, кто ушел раньше, кто отсутствовал и кто что-то не так сделал. И снова это считается гражданской добродетелью и точно так же логически обосновывается. Есть, мол, конкуренция, почему же более нерадивый работник будет иметь столько же шансов на повышение по службе, как хороший? Или почему они будут уравнены в опасности увольнения? И донесший считается достойным коллегой, мило здоровается, приятно улыбается тому, на кого только что донес.

Государство в США создаёт целую сеть информаторов, или осведомителей. Плотность этой сети очень высока.

Любой американец в своей жизни исходит из презумпции, что любой другой американец - информатор, осведомитель.

Это накладывает очень серьёзный отпечаток на взаимные отношения американцев.

В последние годы бедный лексикон американцев несколько расширился: кроме слова «informer» появился термин «whistleblower». Буквально он обозначает человека, который «дует в свисток», т.е. сигнализирует о нарушении.

В 2011 году в английской Guardian  было опубликовано занимательнейшее исследование, в ходе которого выяснился любопытный факт — как оказалось, в США один из четырех специалистов по компьютерным технологиям является информатором ФБР.

Баррет Браун (Barret Brown), который выполнял роль спикера группы Anonymous, сказал что он полностью осведомлен об интересе со стороны Федерального Бюро. «ФБР всегда были рядом. Всегда смотрели, всегда в чатах. Никто и никогда не знает, кто является информатором, а кто нет, и это делает нас еще более уязвимыми».

Есть и у нас закон о недоносительстве, известный под именем «пакета Яровой».

Кроме того, нынешний закон об оскорблении религиозных чувств верующих является прямым подстрекательством к доносам.

«Портал кредо» не попытался даже понять, что наличие карточек с именами начисто отвергает анонимность доносов, что уже само по себе может говорить о правильности работы советского КГБ. Для этого сайта, как и для полковника, выступающего в той же старой роли осведомителя, независимо от того, говорит ли он во всеуслышание или только начальству, важно только одно: сделать все советское образцом преступности, даже церковь, которая перешла к Советам от времен царской России. Корыстные интересы страны Латвии тоже не исключаются.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic