Анна (ansari75) wrote,
Анна
ansari75

Category:

Привычка как культура


Культура – это не просто улучшение общества и воспитание человека. Это еще и традиции, которые происходят по необходимости связать прошлое с настоящим, членов одного социального слоя или одной нации друг с другом.
Этикет, правила поведения – это тоже часть культуры.
И традиция, и этикет формируются на базе привычки, которая утверждается в том или ином слое общества. Они – своеобразный маркер, по которому люди своего круга узнают близких по воспитанию людей.
Эти привычки не возникают сами собой от лени или от извращенности натуры. Они формируются определенным воспитанием с детства, становясь элементом, присущим той или иной национальной или социальной среде.</p>
Казалось бы с устранением сословных барьеров можно отказаться от привычек, сформированных традицией и этикетом того или иного слоя. Но то, что возможно в жизни в каждый момент действительности, невозможно по отношению к прошлому, невозможно по отношению к твоему прошлому, как и к прошлому народа. Отказ и полное уничтожение традиционности, не связанной напрямую с формацией, а только с привычкой определенного слоя общества, делает нас неспособными понять прошлое и остаться в своей социальной страте.
Простой пример. Многие не понимают, почему в русской традиции существует два названия одного и того же плода: маслина и оливка. Некоторые, особенно продвинутые, предлагают либо отказаться от этой двойственности, либо именовать без разбора плоды и так, и иначе, т.е и маслины, и оливки, не ориентируясь на цвет.
Во- первых, причина разных наименований связана с историей проникновения в Россию этих плодов и масла из них. Они отражают два пути заимствования: из греческих текстов периода принятия христианства на Руси, с которых сделан буквальный перевод- маслина , и французский путь, экономический, торговый, более поздней, когда перевод не делался, а утвердился вариант французского наименования – олива.
Но так уж повелось с давних времен, что маслина – это черный плод, а оливка – зеленый. Начните читать классику и вы поймете, что платье оливкового цвета – это отнюдь не черное, а зеленое, тогда как глаза как маслины не зеленые, а черные.
Даже в арабском языке существует разница между маслинами и оливк4ами, но исключительно по причине разного их приготовления. Черные соленые и подсушенные – айтун, а зеленые соленые в рассоле – зейтун, как и мало – зейт.
Глупо называть арбуз ягодой, как бы он не именовался в разделах ботаники, потому что для русской традиции ягода- это мелкий мякотный плод кустарника. Запутывать понятия — не лучший способ сделать себе имя. Начнут дети читать сказки , слушая взрослых, поучительно вещающих, что арбуз — это ягода, и подумают что Машенька пошла собирать грибы и арбузы.
Дальше больше. В русском традиции утвердилось буквальное прочтение название французского города Kahor, как Кагор. И вино из этой провинции называется поэтому кагор. Но новые путешественники, стремясь показать свою эрудицию теперь пишут так, как считают нужным Каор, Маллорка, Лейда, Тэжу, ФлОрида и МАлага. Конечно, для чужого языка это правильно, но для русского традиционного восприятия чуждо. У нас вино малАга из МалАги соответственно. У нас Лиссабон стоит на реке Тахо (испанский вариант, пришедший вместе в период, когда Испания сладела даже Португалией), у нас Лерида (Лейда – это каталонское наречие, для России слишком частное и незначительное). Для нас Майорка как латинская транскрипция, по аналогии с майором, т.е. что значит старший. Так и с островом. Есть Майорка, старшая, потому что есть Минорка – младшая. Да и сама латинская основа major утвердилась в русской языковой традиции как майор – воинский чин и мажор – музыкальный лад, хотя оба слова идут от латинского старший или бОльший. Музыкальный мажор в отличие от минора это лад, построенный на большей терции. Отсюда и его звучание более торжественное и эмоционально радостное.
Есть разница в «колЕже» и «кОледже», хотя это одни и те же общеобразовательные учреждения названия их идут из двух разных источников: французского и английского.
Для нас –ФлорИда, цветущая, пришедшая из испанского языка, но не из английского. Поэтому французский город Kahor для нас все-таки Кагор, а не Каор.
В русском историческом дискурсе утвердилось название якобинцы для членов революционного клуба в период Великой французской революции. А вот для монахов ордена святого Якова — яковитов.
Но читаешь новые путеводители и находишь: «монастырь якобинцев». Первоначально приходишь в замешательство, а потом понимаешь, что пишущий ни разу не историк, и не искусствовед. Для него как слышится, так и пишется. Разницы нет. Он не знает ни о якобинцах, ни о яковитах.
Незнание старых традиционных названий разом открывает происхождение человека, его социальный статус, его новизну в обществе, привыкшему к старым традициям. Не хочется говорить, что это выскочки, потому что у нас теперь нет ни норм, ни традиций, не устойчивой привычки, маркирующей твое социальное происхождение и твои социальные корни.
Но на Западе, несмотря на уверения в его гнилости, эти маркеры, т.е. привычки к определенному этикету, манере поведения и употреблению слов до сих пор присутствуют и служат хорошим опознавательным знаком для человека понят, кто перед тобой и откуда.
Недавно пришлось прочесть возмущенный пост одной русской девушки о французах.Именно эти ее выделенные по пунктам недостатки и подтолкнули меня к идее данного поста.
Она называет французов ленивыми и косными традиционалистами. Они требуют называть croissant не круасан, по нашей привычке, а крусан.
Они пьют шабли только с устрицами, а сотерн – с фуа-гра. Так принято, но ее это возмущает и кажется архаикой.
Но французский круасан не французское изобретение, а венское, возможно с этим и связано произношение не по транскрипции. Им виднее, не нам их исправлять и высказывать возмущение.Известное дело: со своим уставом в чужой монастырь - не лучший способ общения.
А потом наши русские возмущаются, что их не любят в Европе.
И почему только французы? У одного английского писателя тоже был эпизод с шабли и сотерном. Но речь шла совсем в противоположном направлении. Старый английский аристократ возмущался невежеству богатых выскочек, которые могут пить шабли во время любого обеда, как и сотерн, не считаясь с назначением каждого сорта вина для определенных блюд.
У тех же английских писателей были и иного рода замечания. Аристократическое общество высказало свое мнение о чьей-то жене, как о представительнице низшего слоя на том основании, что она чистила яблоко целиком, а потом резала его на дольки. Этикет требует разрезать яблоко на дольки, а потом каждую дольку чистить отдельно. И подобные детали входят в привычку с самого раннего детства, когда ребенок растет в той или иной социальной среде.
К примеру, снимать обувь в квартире. К нам она пришла в середине 60-х годов и страшно возмущала наших горожан. А пришла она от сельского быта, когда дворы и приусадебные участки затоптаны скотом и птицей, когда пройти по двору или улице не по грязи просто невозможно. Снять в сенях грязные сапоги – элемент культуры и стремления к чистоте. Но он стал привычкой, которую сельское население принесло в город.
Не только в Европе, но на Ближнем Востоке будут очень удивлены, если ты придя в гости будешь снимать обувь, даже несмотря на то, что зимой их полы покрыты коврами. Но только не у бедуинов. Для них эти правила так же насущны, как и нашим крестьянам.
На том же Ближнем Востоке будут удивлены, если ты подашь гостям арбуз, разрезанный дольками, даже если рядом будут нож и вилка. Их этикет требует, чтобы арбуз был разрезан и очищен, а поданы только кубики мякоти. Они не воспримут кофе с лимоном, как англичане или французы чай с лимоном.
Перед обедом или завтраком пьют воду, а не сок, поэтому самый большой бокал существует только для воды, а не для вина. А в арабских странах воду подают к кофе.
Все эти детали этикета имеют как частные, национальные отличие, так и исторически обоснованные, позволяющие нам не прерывать связь с прошлым и понимать его адекватно. Их не следует игнорировать и презирать на основании того, что у нас так не принято или я этого не знаю. Ignoratio non est argumentum.
Но и конечно, по деталям можно определить уровень знаний и культуры каждого человека. Если он говорит «жАлюзи» или черное кофе, « выехай» или «дОговор», то вы можете знать, кто перед вами.
Поэтому возмущения русской девушки во Франции не совсем этичны. Она привыкла к нашему снобизму невежд, который воспринимается сейчас у нас как признак свободы и раскрепощенности, но на самом деле является всего лишь недостатком культуры и образования.


Tags: этикет воспитание привычка
Subscribe

  • Святая Параскева, нареченная Пятница

    Христианство и язычество — две стороны древнерусского праздника. Особое благоговение православных перед великомученицей Параскевой Пятницей,…

  • Братские союзы

    Б ратья и сестры, которые перешли от совместных детских игр к совместному творчеству, — не редкость в российской истории. Вспоминаем, что стало…

  • Каргопольская игрушка

    Каргопольская глиняная игрушка — традиционный промысел в Архангельской области. О том, сколько лет самой старой фигурке, как в давние времена мастера…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments