ansari75

Categories:

Гузель Яхина - "Юбилей".

 Сталин, его эпоха и восхитительная слабость человеческой натуры


Прочёл в "Октябре" рассказ Гузели Яхиной "Юбилей". Яхина, финалист множества премий за роман "Зулейха открывает глаза" написала о праздновании очередного дня рождения Сталина. В образе вождя народов нет ничего ни удивительного, ни необычного. Эдакое клише - хмурый, окружённый множеством подхалимов садист. В одной из сцен он непонятно зачем убивает случайного прохожего. Впрочем, немотивированность поступков героев - одно из свойств женской прозы, где редко мысль умеет возобладать над чувством.

Этот рассказ и многие ему подобные (имею ввиду, написанные о Сталине как об архетипе, ибо как о живом человеке, как это ни парадоксально, о нём перестали рассказывать сразу после смерти) натолкнули меня на одну мысль. Мне давно уже удивительно то, как одна эпоха не умеет понять другую. Посмотрите, к примеру, на то, как рисуют каких-нибудь комсомольцев сегодня, и как их же изображали в советские времена. Сейчас - манерные карьеристы, бессовестные и тупые, тогда - ребята с горячими сердцами, готовые по зову партии ехать куда угодно - на великую стройку, в тундру, на крайний Север. Разумеется, советский образ был гораздо ближе к истине просто потому, что действительность не простила бы лжи в глаза. Сегодняшняя же эпоха, рассказывая о другом времени, просто рисует себя саму. Скажем, если бы тех же "Девчат" снимали сегодня, то в центре повествования оказалась бы не наивная девушка из детдома, а какая-нибудь хищница-приобретательница, непременно явившаяся на лесозаготовки чтобы заработать, и не вокруг романа здоровяка-парня и девчонки-повара строился бы сюжет, а вокруг попыток этой новоявленной Эллочки-людоедки захомутать какого-нибудь местного туза.

Но меня удивляет то, что, кажется, сознавая разницу между эпохами, мы просто не можем изобразить прошлое объективно. И добро бы речь шла о целых временных геологических пластах, каких-нибудь римских и греческих временах, когда за сотни лет быт, уклад жизни почти не менялись. Но ведь мы за последнее столетие несколько раз испытали смену политических течений, целых направлений мысли, парадигм развития. Философские константы менялись вместе с самой жизнью и всё это, что немаловажно, фиксировалось на плёнку, бумагу, множилось в миллионах фотографий, роликов, воспоминаний.

Мне казалось, что теперь, когда мы так резво перепрыгнули из одной эпохи в другую, время должно было стать понятнее, яснее, откровеннее. Стык же тут, перед глазами, ещё видны свежие нити, которыми сшиты две эпохи и должны быть очевидны те связующие черты, те неизвестные в уравнении, что объединяют то и это время, являются некими константами, опираясь на которые можно уяснить человеческую природу. Сколько удивительных открытий в человеческой психологии можно было, казалось бы, сделать сейчас. Но нет, ничего непонятно, всё страшно и цепляемся за стереотипы, как та же Гузель Яхина, что, имея в наличии огромные массы материала, повторяет тот клишированный образ, который, вероятно, впервые встал у неё перед глазами, когда он под институтской партой в конце восьмидесятых читала какой-нибудь "Новый мир".

Это и грустно, и пошло, и в то же время как-то удивительно приятно. Знаете, приятно, если присмотреться то, что человек с таким трудом преодолевает собственную природу, отделяется от массы, встаёт над обстоятельствами. Это как-то утешает нас в недолгом нашем пути...

Михаил Поляков 

_________________________________

P.S. И что вы хотели? Наше настоящее существует отнюдь не для исторической объективности, не для созерцания и оценки ушедшего через ностальгию и философские размышления. Какая же может быть адекватность образа, если все нынешнее направление от истории до театра и кино — это манера советского атеистического журнала «Безбожник». Ведь даже «Крокодил» или «Фитиль» были направлены на конкретные недостатки, а не на систему и целую  социальную страту, как в «Безбожнике».

 «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать",т.е. тем, что ты мир социализма и общенародной собственности.

И как вы хотите, чтобы ангажированные мастера рисовали нам образы простого человека? Простой человек, по нынешним понятиям, убог и примитивен. Это алкаш или стоящий на пути алкоголизма пьяница. Это развитие темы »Маленькой Веры«, а вы полагаете, что комсомольцев будут изображать такими, какими они были в советское время.

Вот изобразить графиню-аристократку, купца-мецената — пожалуйста, даже лучше и идеальней, чем они сами о себе думали.

Здесь намечается совсем противоположный менталитет: чем дальше по древу истории, тем идеальней персонажи, не революционеры, конечно, не народовольцы.

Почитайте А.Островского или М.Салтыкова-Щедрина, а потом Акунина или посмотрите новые фильмы по Достоевскому. Вы даже удивитесь, как нелицеприятно описывал в свое время Островский своих купцов, в среде которых вырос. А они такие душки, так благотворительность любили и в вере были крепки, даже до смертоубийства доходили, если женщина вдруг домостроевские правила нарушала. 

Не ждите исторической и культурной правды там, где идет война, война на уничтожение памяти о великой стране, об идеалах справедливости и честности, чести и совести. Страшно, очень страшно нынешним властям даже мысль допустить, что не хлебом единым, не миллионами и миллиардами на счетах жили когда-то люди. Пока не рассыпется в прах антисоветизм и антикоммунизм, ждать правды не стоит.

И похоже, подобное отношение к прошлому изменится весьма и весьма не скоро.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic