ansari75

Category:

Самозанятые или тунеядцы.

Самозанятое население которое поначалу так радовало наши статслужбы и социологов, рыдающих над цифрами безработицы. И вдруг выяснилось, что это не так уж и хорошо, самозанятое население, вроде челноков 90-х. Может быть власти не понравилось, что подобный вид деятельности как-то не слишком адекватен современности, слишком похож на пережиток советского НЭПа – некий новоявленный кустари-одиночка. Или власти озаботились проверкой качества самодеятельной продукции в целях сохранения здоровья потребителей сей продукции?   Нет, ни то, и ни другое не волновало высокие экономические умы. Эта интересная особенность российского бытия вдруг внезапно была осознана капиталистом как  кража его  прибыли.

Так почему же сейчас по всему миру брендовые вещи – это вещи ручной работы? Очень модно стало производить и продавать продукты ручной работы, будь то огурцы с салатом, конфеты или сумки с обувью. И цена этих вещей и продуктов на порядок выше обычных, массового производства.

Не будем говорить о том, что капиталу нужно как-то пополняться, производя нечто новое, хоть и хорошо забытое старое. Не будем вдаваться в подробности насколько ручная работа истинно ручная или это простой маркетинговый ход. К примеру,  квашенная капуста какой такой ручной работы, если режет и крошит ее машина у частника в сарае?  Какой ручной работы обувь или сумка, если механизмы кройки и швейные механизмы автоматизированы, и только объем продукции зависит от того, один или два механизма у собственника и обслуживают их он один или с помощниками.  А 3Д принтеры?

Можно назвать это штучным товаром, но вряд ли ручного производства, памятуя исторические аналогии.

Вглядимся в прошлое. 

«Домашняя промышленность характерна для ранней стадии развития человеческого общества, когда в условиях натурального хозяйства люди были поставлены перед необходимостью изготовлять своими руками все необходимое для жизни и быта – одежду, обувь, жилище, транспортные средства, орудия земледелия, скотоводства, охоты и рыболовства. Параллельно с навыками обработки различных природных материалов и происходило их эстетическое осмысление.

На рубеже ХVII-ХVIII веков в России начинают складываться промыслы по производству продукции на продажу, это связанно с формированием централизованного русского государства и развитием рынка, который создал условия для продажи бытовых изделий. Народный промысел, в том числе и художественный,— это такая форма бытования художественного ремесла, когда ремесло служит средством к существованию целой семьи или всей деревни, когда целые районы заняты изготовлением определенного вида изделий, в том числе и художественных, на рынок, на продажу.

Но развитие промыслов происходило не везде и не одновременно. Все зависело от благоприятных экономических условий (устойчивый спрос, достаточное количество местного сырья и т. п.). Наиболее активно развитие промыслов во всех регионах России началось во второй половине XIX в. В 1888 году о серьезной поддержке ремесла в России задумались на государственном уровне. К тому времени, наряду с фабричным производством, во многих сферах сохранилось производство ремесленников, причем, многие вещи, выходящие из рук мастеров-кустарей, были намного качественнее, чем фабричные аналоги.»

Грандиозным финалом в программе поддержки стала первая всероссийская кустарно-промышленная выставка, прошедшая в 1902 году в Санкт-Петербурге. В ней участвовали мастера из 75 губерний и областей. Параллельно работал съезд деятелей кустарных производств. Выставка пользовалась огромным успехом и широко освещалась в прессе. Сам Александр III выступил на этой выставке и всенародно обещал дальнейшую помощь и всяческое содействие нужным стране мастерам.

Охотно верим, потому что к тому времени штучный товар обрел своего покупателя и стал считаться эксклюзивом, перешедшем позднее в разряд особо охраняемых народных промыслов, задачей которых было не удовлетворение повседневного спроса на ту или иную художественную продукцию, а сохранение национальных особенностей в художественно-прикладном искусстве.

Нынешняя ручная продукция – это отнюдь не художественные промыслы. Это нечто вроде наших нынешних самозанятых тружеников.

Так в чем же дело? По миру катится волна возврата к кустарному производству под именем «ручного» вроде бы востребованного жизнью, производства, а  наше государство охватывает паника и жажда прямых действий по укрощению самозанятого населения.  Нынешний уровень автоматизации вполне может позволить производить достаточные объемы продукции в условиях одно-двух работников. Все эти шоурумы, парикмахерские, эпиляция, кулинария на дому, все эти букетики в картонках, дизайнерские кружки-коврики, браслетики – статуэточки  вполне соответствуют тенденции вернуть производство в семью.

Дело в том, что во всем мире работающее население стремится сделать себе карьеру, получить приличный доход, шагнуть за пределы своего низкого по статусу социального круга. Но это при обязательном условии наличия рабочих мест и хорошей заработной платы.

С домашним кустарным производством карьеры не сделаешь. Даже фирму свою не создашь при минимальных объемах и подражании общему направлению моды. Это отнюдь не то ноу-хау, которое переворачивает мир.  Это всего лишь следствие нашей нищеты, как покупателей, так и производителей. Домашнее кустарное производство остается на своем первобытном уровне только в условиях низкого развития производительных сил того или иного общества, когда безработица и отсутствие предложения по найму рабочих ставит вопрос выживания на уровень кустарного производства.

К сожалению, у нас, как в самых слаборазвитых странах дело выживания стало делом рук самих выживающих.  И население нашло выход как когда-то в катастрофические 90-е годы. Только не в челнаков оно превратилось, а мирно занялось надомным трудом.

Надомничество как и промыслы известны очень давно. Но в отличие от нынешнего, надомничество всегда предполагало централизованную скупку изготовленного товара. Когда-то в сказках Бажова можно было прочесть о мастерах-камнерезах, которые никогда не продавали товар сами, но носили его к скупщику-купцу, будь то малахитовые бляшки-заготовки, будь то готовая продукция. 

И в советские времена было известно надомничество, и занимались им инвалиды, не имеющие возможности добираться до своих рабочих м ест на производстве. 

Частники не только производили мелкий товар, но и собирали травы для гомеопатических аптек, грибы-ягоды для Союзкоопторгов.

Но все они, в какое бы время ни существовали, подпадали под пусть упрощенный, но государственный контроль. Купец-скупщик, покупая малахитовые бляшки, давал цену в которую уже включались его затраты на налоги казне. Союз потребкооперация платила собирателям-поставщикам из того же расчета, да еще давала справку о трудозанятости.

Даже церковная деятельность с молебнами отпеваниями, крещениями и венчаниями тоже поддавалась учету и контролю фискальных органов.

Но время изменилось. Социальные сети и интернет сделали ненужными все способы рекламы, контроля и регистрации самозанятых. Наши статуправления радостно потирали руки: у нас нет или почти нет безработицы. Никто не спешит на биржи труда, никто не регистрирует ИП, никто не рассылает анкеты по городам и весям.

И вдруг власти прозрели: это же какой доход уходит от налогообложения. Это же какие  средства разбазаривает государство, предоставляя бесплатное лечение, обучение и пенсии ни разу не работавшим, ни разу не заплатившим налог новым мелким буржуйчикам-кустарям.

Возмутились и работающие труженики. Они трудятся, получают копейки, тратят все свое время и силы на чужого дядю, а надомники-кустари получают доход в несколько раз превышающий их зарплату, имеют свободное время и еще рассчитывают на те же социальные блага, что и те, кто работал всю жизнь на государство, то есть создавал эти самые блага, платя из своей зарплаты 13% налога и сокращая размер зарплат отчислениями на медицинское, социальное и пенсионное страхование, которые хоть и платил работодатель, но тем не менее мудро урезал на эту сумму размер выплат на руки работникам в качестве зарплаты.

И вот мы у очередного полотна под названием: Самозанятые и что с ними делать. По силе художественного образа оно равно только  картине по мотивам нашей пенсионной реформы. 

Куда ни кинь, всюду клин. Заставь этих самозанятых регистрироваться на бирже, вырастит безработица. Обяжи всех платить налог на тунеядство, пострадают как всегда бедные. Закрой все парикмахерские на дому, шрилаки, эпиляции, шугаринги, так в условиях санкций как же говорить об импортозамещении.

Позволь  всем открыть мастерские, парикмахерские, массажные салоны на условиях аренды один рубль за 1 кв. м., арендодатели возмутятся, потому что они тоже хотят получать доход больше рубля за квадратный метр, чтобы съесть свой хлеб с маслом, а иногда и с икрой.

Еще с давних времен государства всех видов пытались учесть как можно точнее всех частников надомников или самозанятых, а сами жители старались объединить свои занятия в более или менее полезную для защиты их прав, доходов и взаимопомощи системы..  Для крестьян формой учета была земля и сельские общины,  для ремесленников и торговцев – цеха и гильдии. 

Существуют гильдии и сейчас. Есть гильдии адвокатов, репетиторов, актеров и даже геймеров. В Штатах человеку, что бы стать актером, мало иметь желание, способности и диплом об окончании курсов. Он должен вступить в гильдию актеров. И, если его примут, он может рассчитывать сниматься хотя бы в рекламных роликах.

Для учета частников существует и такая форма как патент на тот или иной вид деятельности. Патент – это гарантия для государства в получении налога и гарантия для потребителя в качестве услуг. К примеру, в известном сериале про сыщика Эркюля Пуаро, вы можете найти эпизод, где говорится об уплате им налогов.

Налог – это волшебное слово и прекрасная помощь государству в нашем случае остается пустым звуком.

Самозанятость – это  отражение уровня развития нашего общества культурно, экономически и материально. Прежде всего, частное предложение услуги на дому, неотягощенной налогом, на порядок дешевле, чем услуга салонов или мастерских. Дешевизна в сочетании с нашим национальным бесстрашием являются решающим моментом. У граждан, особенно молодых девчонок, не так много денег, чтобы платить по несколько тысяч в салонах. Даже шапочки на дому или букетики цветов обойдутся вам в два раза дешевле, чем в специализированных салонах или магазинах. Другое дело, что гарантии безопасности и качества вам никто не даст. Вы рискуете подхватить любую инфекцию у маникюрши на дому или с тортом домашней выпечки. Но когда на карту поставлены дешевизна или случайность, то у нас все выбирают дешевизну. И никто не задумывается, какими болезнями болеет маникюрша или кондитерша. Уж если наши женщины стремятся рожать на дому, не заботясь ни о себе, ни о ребенке, то кто будет бояться маникюрш или кондитеров.

Но не о здоровье населения пекутся власти.  Им важно получить часть дохода с кустарей-одиночек. Вот они и придумали налог на тунеядство. 

Конечно, продумать экономические реформы, принять меры по сокращению инфляции, по созданию реальных рабочих мест, удешевлению услуг и арендной платы требует не только квалификации, но и воли. Гораздо проще ввести новый налог.

Работа нашей системы власти напоминает мне обветшавшую плотину по  удержанию народа в одном состоянии. Но взрослый непоседливый и активный   народ постоянно проделывает в ней дырки, чтобы чуть-чуть свободней дышать и как-то лучше жить, а власть мечется вдоль этой плотины и постоянно законопачивает отверстия вместо того, чтобы проделать один свободный выход, облагороженный и рационально рассчитанный. Стали люди больше зарабатывать, что-то откладывать и сберегать, значит нужно ввести новый налог. 

Иногда этот налог идет на пользу. Например, некогда заставленный машинами в два-три ряда московский центр после повышения платы за стоянку стал похож на культурный европейский центр, свободный от машин. Но машина – это все-таки роскошь.

А вот электричество – необходимость. И как гражданам воспринимать лимит на его использование? Переходить к лампочке Ильича или прямо к керосиновым лампам?

А повышение платы за проезд в час пик? Чиновники по своей манере лгать объясняют это тем, что неработающие и пенсионеры будут меньше ездить в это время и увеличивать поток пассажиров. Но найдите мне пенсионера или неработающего гражданина, который ради развлечения будет выбирать для своих поездок часы пик. Я знаю граждан, которые, если имеют возможность, никогда не полезут в транспорт в час пик, а выберут более спокойное время.

Правда, есть у нас одна категория граждан, которым даже при условии свободы выбора будут ездить в час пик. Это верующие, едущие на церковную службу, которая начинается в 8 часов.

А ведь в советское время государство решило этот вопрос для Москвы иначе, не повышением проезда, а переносом утренней службы с 8 ч. на 10 ч. утра. 

Но как можно! Мы же насквозь традиционные православные. Вдруг кто-то захочет перед работой зайти помолиться. А вы ему ограничения в виде 10 часов утра. О душе надо думать, о душе. А вот ввести повышенную плату за проезд в час пик, это душе не помешает.

Когда-то по истории Средних веков мы учили, что каждый сеньор вводил на своей территории свои налоги. И вообще, Средневековье – это время налогов. Поди, учти всех самозанятых. А вот налог на проезд по тому или иному участку дороги, налог на размер окон и  порогов у дверей, на козырьки крыш, на количество дымовых труб, на бороды, на соль и водку это то, что нужно. 

Так что прогресс прогрессом, а налоги были и останутся, даже вид их не меняется во времени.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic