ansari75

Categories:

Дочки-сыночки- многодетная семья

Очень часто приходится слушать, как нынешние идеологи-церковнослужители пропагандируют многодетность. Это их любимый конек. В многодетных семьях-де и дети лучше, и для вас в будущем помощь вместо государственной пенсии, и для общества это очень уж необходимо (больше рабов божьих и рабочих рук).

Я не против большой многодетной семьи. Ну, нет у людей иного смысла в жизни, чем «работать мамой», как в советском фильме «Однажды, двадцать лет спустя» и замечательно: как у Булгакова в «Театральном романе «Коемуждо по делом его...». Человек свободен в выборе смысла своей жизни, даже если этот смысл и не всегда полезен и ему и обществу. Но вопрос не в этом.

Вопрос в том, дорогие друзья-товарищи, что в последнее время у нас стали искать причины капиталистических кризисов не в социально-экономической системе, а в иллюзиях, фикциях и прямой подтасовке фактов, не считаясь с тем разумно это, этично или истинно.

Ведь многодетность – это фактор сугубо субъективный. Не все делается в мире, как хочется или кому-то видится. Так зачем сходу обвинять человечество в том, что оно решило учиться и трудиться, вместо того, чтобы как можно раньше жениться и обзаводиться детьми. 

Поставь во главу угла слова Митрофанушки: «Не хочу учиться, а хочу жениться» и назови это самым главным смыслом жизни, то что останется тем, кто не смог по ряду причин исполнить это желание и уж тем более не смог родить 12 детей? Посыпать голову пеплом и каяться, что не исполнил долг перед Отечеством? А ведь наши священнослужители так решение вопроса о семье и отечестве, о воспитании настоящих православных и о смысле жизни и ставят.

Вот большое интервью прот. Димитрия Смирнова. Он так и говорит:

«Разве многодетные семьи – это не сохранение нашего генофонда? Это куда важнее нефти, газа, алмазов – чего угодно…. Когда апостол Павел говорил о том, что женщина спасется чадородием, он именно это имел в виду. Потому что Господь нам не заповедовал никакой карьеры. Вы должны стать академиками, вы должны стать докторами наук, вы должны стать супермоделями, вы должны стать космонавтами. Что за бред! Человек должен стать отцом, а женщина - матерью. Вот это Господь повелел.»

«Девочки в многодетной семье постоянно с младенцем. Они уже с пяти лет и нянчат, и пеленают, и кормят, и качают, и меняют ему пеленки, а попозже и горшки - это самое для них обычно дело, и очень интересное.»

Но при таком образе жизни может случиться и повторение рассказа Чехова «Спать хочется»

— Возьми! — говорит хозяйка, застегивая на груди сорочку. — Плачет. Должно, сглазили.

Варька берет ребенка, кладет его в колыбель и опять начинает качать. Зеленое пятно и тени мало-помалу исчезают и уж некому лезть в ее голову и туманить мозг. А спать хочется по-прежнему, ужасно хочется! Варька кладет голову на край колыбели и качается всем туловищем, чтобы пересилить сон, но глаза все-таки слипаются и голова тяжела.
— Баю-баюшки-баю, — мурлычет она, — а я песенку спою...А ребенок кричит и изнемогает от крика. Она оглядывается, ищет эту силу, чтобы избавиться от нее, но не находит. Наконец, измучившись, она напрягает все свои силы и зрение, глядит вверх на мигающее зеленое пятно и, прислушавшись к крику, находит врага, мешающего ей жить. Этот враг — ребенок.

Варька подкрадывается к колыбели и наклоняется к ребенку. Задушив его, она быстро ложится на пол, смеется от радости, что ей можно спать, и через минуту спит уже крепко, как мертвая...»

Но прот. Дмитрий Смирнов ничего не боится, никаких рассказов Чехова и даже своего Священного писания, где мысль о многодетности высказывается далеко не столь благостно, как на его приходе, где по собственным его словам рождаемость -«настоящий Бангладеш».

Послушаешь протоирея и поверишь в идиллию. Ах, как это замечательно: детки вокруг, огонек в печи, умиротворенные родители, счастливые улыбки и радостный детский смех, вязание, которое запутал котик и жареный гусь на праздничном столе. Залюбуешься.

Но стоит открыть Священное писание, которое должен на зубок знать маститый протоирей и как-то сразу меркнут мечты о великой братской и семейной любви.

С чего началась мировая история? С убийства братом брата. Авель и Каин, Исав и Иаков, Иосиф и его братья.

Каин и Авель
Иаков и Исав
Иосиф и братья

Один убил брата. Второй обманом и хитростью отобрал у брата первородство. Третьи продали брата в рабство за деньги. Но кроме Библии о «великой братской» любви говорит мировая история. Сценами братского предательства, обманов братьев и развязыванием войн против них заполнены все исторические сюжеты во всем мире.

Вот «Анабасис» Ксенофонта. Жена Дария персидского царя, мать Артаксеркса и Кира  Парисатида хотела отдать трон младшему сыну Киру, но к смертному одру отца успел первым старший брат Артаксеркс. Он стал законным наследником трона. И тем не менее, младший Кир начал против него войну. Он нанял тысячу греков-гоплитов, которые и одержали победу над войском Артаксеркса. К сожалению, победитель Кир погиб в бою. Кто убил его? Брат.

Смерть Кира

Средневековая история просто кишит убийствами братьев в борьбе за наследство, престол или зависть. Чезаре Борджиа или Ричард III. Война за Испанское наследство. Все европейские королевские семьи находились в родственных связях и это тем не менее, не мешало им вести бесконечные войны между дядями, племянниками, двоюродными братьями, внуками.

В Чехии король Вацлав был убит родным братом Болеславом I. Болгарский царь Самуил убил своего брата Давида, а сына Самуила Родомира убил двоюродный брат Владислав.

А уж о русской истории даже вспоминать страшно.

Убийство брата братом – вот характерная особенность эпохи феодальной раздробленности на Руси. Князь Ярополк убил брата своего Олега. Князь Владимир – Ярополка. А позднее сыновья Владимира Борис и Глеб пали жертвами честолюбивых замыслов старшего брата Святополка. 

И они уже не были язычниками, а крещенными христианами. 

В пьесе «Гамлет» Шекспиром взят тот же сюжет: брат убил брата за трон и королеву. И ни для кого этот сюжет не казался в то время исключительным и нереальным.

Не изменилось ничего и в спокойном 19 веке. Разве что смертельное  насилие перешло в разряд смертельной ненависти и зависти. Борьба за наследство, вражда из-за собственности стали смыслом родственных отношений и братской любви.

Вражда в семье между старшими и младшими начинается еще на самом раннем этапе и подчас не прекращается всю жизнь.  Причины подобной родственной братской вражды современные исследователи находят в  системно-векторной психологии. 

«Неприязнь между детьми в одной семье - это природное явление, и построена она на естественной конкуренции. Более выражена она именно у братьев, а не сестер. Дети в одной семье изначально борются за все на свете: внимание и любовь мамы, игрушки, подарки, похвалу. Для старшего брата младший становится неприятным сюрпризом, а младший вынужден всю жизнь быть "малым" и подчиняться. Близнецы и погодки не просто часто ненавидят друг друга, они часто дерутся буквально не переставая. Братья с большим возрастным отрывом сдержаны в физическом насилии, но сути это не меняет. Огромную роль играет то, что братья в одной семье - это зачастую противоположные психотипы, которым по природе трудно ужиться вместе. Разные дети этот путь проходят по-разному и, соответственно, получают разный отпечаток в свой характер.»

Да и родители хороши. Любят кого-то одного, а других просто не замечают. 

И на это есть свои причины и тоже независящие от богословских оценок многодетности как дара Божьего. Люди, будь то родители или  дети, соседи или друзья в силу все той же психологии способны на сильное чувство, именуемое любовью или дружбой, только к одному человеку, мужчина он или женщина, сосед или товарищ. Отсюда и неравные по чувству взаимоотношения между родителями и детьми,  среди которых любимым становится лишь один, а остальные остаются для них лишь членами их семьи.

К примеру, мать Салтыкова -Щедрина делила детей на любимых и постылых, отмечая любимых лишним куском вкусного блюда и унижая постылых.

Естественно, что и от детей родителям не всегда приходится  ждать заботы и благодарности. Можно опять-таки найти примеры и в Ветхом Завете, где описано как сыны Ноя насмехались над пьяным отцом, и в мировой литературе. Например, «Король Лир» Шекспира или «Степной король Лир» Тургенева или «Отец Горио» Бальзака. 

Когда-то в человеческом обществе многодетность, а вернее, многочисленные роды были продиктованы борьбой за выживание. Если нет пропитания, медицинского ухода и спасения от эпидемий, нет грамотности и элементарной санитарной гигиены, то рождение 10-15 детей позволит остаться в живых хотя бы двум-трем. Из 12-15 человек родившихся детей, как правило, умирали в раннем возрасте, почти все. Отсюда и заказ на многодетность. Хорошо еще, если это семья простых людей. А семьи аристократов, а королевские? Глядишь и без наследника останешься, как часто и бывало, что вызывало агрессивные действия в недрах семьи и ее родственников за власть. 

А чтобы многодетность не слишком беспокоило человечество, религия позаботилась внушить людям ту мысль, что многодетность – это Божье благословение. 

Много детей, значит много народа. Много народа, значит большие пространства и территории, говорящего на одном языке населения, с одной культурой и одними богами.

Большие семьи – это первоначальная ячейка общества, объединенная кровнородственными связями, что должно скреплять единство и помогать выживанию в суровых условиях примитивного быта, приходить  на выручку родным по крови членам союза. Кровь становилась отличительным маркером в условиях скудости ресурсов и тяжелых затрат на пропитание и выживание, в спорах «свой - чужой».

Большое количество детей – это большое количество трудовых рук. Это возможность получить землю, семена или скот в количестве, равном числу трудовых рук. Чем больше семья, тем больше ее надел.

Большое количество детей значит  товар для обмена.  Самые ранние формы рабовладения – это патриархальное рабство, когда за долги глава семьи отдавал в рабство детей. Детей можно было обменять на зерно, землю, скот. Или когда дети шли покупать себе жену, работая в качестве раба на отца будущей жены. «И служил Иаков за Рахиль семь лет; и они показались ему за несколько дней, потому что он любил ее». 

В горных районах дети – это кровные родственники и соответственно, потенциальные воины защитники своего клана. 

В кавказских семьях любовь-дружба кажутся нам результатом их многодетности. На самом же деле это результат господства традиционных жестко-патриархальных отношений. Любят и уважают друг друга братья. Они – основа рода, а дочери или сестры - это товар и прислуга.

Азамат из «Героя нашего времени» Лермонтова спокойно обменял сестру на коня. А мусульманское законодательство не наказывает человека за убийство сестры или дочери, если убийство совершено ради спасения чести семьи. Какая же любовь диктует насилие и подавление свободы личности в семье? Не любовь, а жесткий диктат традиционного патриархального мировоззрения. 

На Западе уже в эпоху Средневековья многодетность рассматривалась, хоть и как благословение Божие, но  очень неудобное  в вопросах социально-экономических. Много детей означало  дробление собственности. Уже в эпоху Карла Великого аристократы начинают  это понимать, и по всей Европе вводится так называемый майорат.

Майорат – это  порядок наследования имущества при обычном праве, согласно которому оно целиком переходит к старшему в роду или семье . Позже так стали называться и сами имения, унаследованные согласно такому праву. Этот порядок устанавливается в интересах сохранения целостности семьи или рода; когда минорат начинает способствовать их разложению.

Минорат – это особенность крестьянского феодального хозяйства, когда за отцом наследовал землю и скот младший сын.

Здесь иной принцип, чем в майорате. Он подразумевал, что старшие сыновья уже жили своим хозяйством, а младший оставался в родительском доме, ухаживал за престарелыми родителями и наследовал хозяйство за ними.

Иными словами, экономика и социальные изменения в обществе диктовали значимость и необходимость большой семьи. С развитием капитализма и появлением наемного труда большая семья стала обузой, а не спасением. С того времени многодетность – это удел либо очень богатых, либо очень бедных слоев населения, потому что большая семья обычно нужна только там, где сохранились патриархальные отношения или где экономический уровень жизни позволяет содержать такую семью.

Но вместе с экономикой развивалось и чувство социальной ответственности каждого члена общества. Человек, став более грамотным, понял всю меру своей ответственности за будущее своего ребенка. Он захотел повысить социальный статус ребенка, улучшить его материальное положение, дав хорошее образование, а через него возможность получить высокооплачиваемую работу. Естественно, семья в лице отца и матери стала рассчитывать, сколько детей они могут воспитать достойно. А прогресс в медицине и общественном сознании позволил им это делать по своей воле, а не полагаться на Божью волю.

Когда-то советские врачи, занимающиеся вопросами материнства и детства, писали, анализируя долгие годы наблюдения за здоровьем женщин в республиках, где патриархальные отношения были господствующими, что полностью после родов организм женщины восстанавливается только через пять лет. При таком подходе вполне понятно, что родить ни десять, ни пятнадцать детей женщина просто не успеет. 

Но защитников многодетной семьи вопросы экономические и социальные не волнуют. Они  борются с наследием Советского Союза, выдавая эту свою борьбу за любовь к традиционному обществу.

Прот. Лмитрий Смирнов так и говорит:-« Большинство советских людей, они родились в однодетной семье. Поэтому они и выросли такими эгоистичными, а их цель жизни - это копирование своих родителей. И родители, и даже девочки ориентируют на высшее образование, одно, второе, третье даже и так далее. То есть это неправильная жизненная установка. Ориентир совершенно не на то. Потому что человек, независимо от карьеры, от талантов, от различных своих успехов, от своей гениальности, он может быть счастлив исключительно в семье.»

А какой же должна быть эта семья? О. Дмитрий знает и об этом:

«Ну вот, если взять такую норму биологическую, то нормальная семья - это семь детей. Вот, у нас, у русских так было сто лет назад. А многодетных - больше семи.»

Но спросите у него, сколько детей выживало в то дорогое его сердцу время столетней давности? Или попросите его открыть Священное писание и сказать, многодетной ли была Сарра, жена Авраама или Рахиль, жена Исаака? Которым ребенком в семье Иоакима и Анны была Дева Мария, или в семье Захарии и Елизаветы Иоанн, будущий Креститель Иисуса Христа? И неужели все эти поздно рожденные дети, росшие без многочисленных братьев и сестер, оказались эгоистами и себялюбцами, в чем обвиняет протоиерей советских детей и их родителей?

Но протоиерей, конечно, вам не ответит, или на ходу придумает оправдание, как богословы для братьев Иосифа. Они продали его в рабство,-говорят они, потому что не были родными, а сводными. Вот их довод, будто родство не по крови, а по воспитанию не налагает ответственности и родственных чувств на детей.  А для Иакова, обманувшего брата Исаава они приводят другой, уже философский довод: цени свое первородство.

Да и для русской истории у них всегда есть оправдание. Убивали язычники. Потому Святополк Окаянный, что он отрекся от христианства.

Чезаре Борджиа или Самуил Болгарский как бы не имеют письменных подтверждений братоубийства. Кто хочет оправдать тот или иной факт всегда найдет довод, а верный он или нет, это уже ваше дело.

К счастью, далеко не все священнослужители настроены так же как прот. Дмитрий Смирнов.

К примеру выступление протоиерея Георгия Митрофанова:

«Я начну с замечательного афоризма о.Дмитрия Смирнова, которое символизирует собой очень распространенное в нашей Церкви отношение к браку. Как-то на вопрос о решении демографической проблемы, о.Дмитрий сказал - "А у меня на приходе проблема эта уже решена - у нас многодетность как в Бангладеше". Меня это удивило. Получается, что для православного священника благоденствие в семье символизирует мусульманская страна, где в основном и дети и взрослые живут так, как мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь жил в нашей стране. Почему именно многодетную семью нам предлагают в качестве идеала православной, христианской семьи - я понять не могу. 

На самом деле многодетная семья - это семья архаичного, малоцивилизованного общества. Опыт самых разных стран - и христианских и нехристианских - показывает, что как только уровень цивилизованности населения поднимается на достаточную высоту, рождаемость резко падает. Здесь равны европейские страны и та же Япония, например. Многодетная семья - это семья, которую мы получили из дохристианского прошлого. То, что в христианской истории многодетная семья существовала на протяжении веков - это просто свидетельство того, что христианская цивилизация на определенных этапах не достигла ещё такого уровня, когда у супругов возникает потребность иметь меньше детей.»

Так зачем же столь упорно навязывают нам стереотипы давно ушедших эпох? Уж не надеются ли наши власти найти выход из кризиса капитализма и обнищания страны путем возврата к Домострою и патриархальному традиционному обществу, как на Кавказе? 

Вот уж и общины старообрядцев демонстрируют нам в качестве образца здоровой крепкой семьи, трудовой общины и подлинной  православной веры.

Может быть и в самом деле, нужно собраться в общины, забыть о культуре и искусстве, о литературе и живописи, иметь много детей и проводить свободное время в молитве?


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic