ansari75

Category:

"Крыжовник" или Per aspera ad astrum


Предвыборный ролик мэра Москвы. Два студента беседуют. Один спрашивает у другого: -Твои планы на будущее?

- Окончить университет, получить диплом, найти хорошую работу, купить дом, жениться, родить ребенка.

Странно, а где же свой бизнес и миллион прибыли? Как-то ограничен в потребностях нынешний избиратель. Видимо, расчет на возможности будущего мэра. А забота о малом бизнесе и его доходах –лишние хлопоты для мэра и любого чиновника. 

Но если серьезно, то услышав этот диалог, мне вспомнился А.П.Чехов и его рассказ «Крыжовник».

«Брат мой Николай, сидя у себя в канцелярии, мечтал о том, как он будет есть свои собственные щи, от которых идет такой вкусный запах по всему двору, есть на зеленой травке, спать на солнышке, сидеть по целым часам за воротами на лавочке и глядеть на поле и лес. 

Ни одной усадьбы, ни одного поэтического угла он не мог себе представить без того, чтобы там не было крыжовника.
Он чертил план своего имения, и всякий раз у него на плане выходило одно и то же: a) барский дом, b) людская, с) огород, d) крыжовник. Жил он скупо: недоедал, недопивал, одевался бог знает как, словно нищий, и всё копил и клал в банк.

В прошлом году я поехал к нему проведать. Поеду, думаю, посмотрю, как и что там. В письмах своих брат называл свое имение так: Чумбароклова Пустошь, Гималайское тож.
Это уж был не прежний робкий бедняга-чиновник, а настоящий помещик, барин. Он уж обжился тут, привык и вошел во вкус; кушал много, в бане мылся, полнел, уже судился с обществом и с обоими заводами и очень обижался, когда мужики не называли его «ваше высокоблагородие». 

Вечером, когда мы пили чай, кухарка подала к столу полную тарелку крыжовнику. Это был не купленный, а свой собственный крыжовник, собранный в первый раз с тех пор, как были посажены кусты. Николай Иваныч засмеялся и минуту глядел на крыжовник, молча, со слезами, — он не мог говорить от волнения, потом положил в рот одну ягоду, поглядел на меня с торжеством ребенка, который наконец получил свою любимую игрушку, и сказал:— Как вкусно!И он с жадностью ел и всё повторял:— Ах, как вкусно! Ты попробуй!Было жестко и кисло, но, как сказал Пушкин, «тьмы истин нам дороже нас возвышающий обман». Я видел счастливого человека, заветная мечта которого осуществилась так очевидно, который достиг цели в жизни, получил то, что хотел, который был доволен своею судьбой, самим собой. К моим мыслям о человеческом счастье всегда почему-то примешивалось что-то грустное, теперь же, при виде счастливого человека, мною овладело тяжелое чувство, близкое к отчаянию Особенно тяжело было ночью. Мне постлали постель в комнате рядом с спальней брата, и мне было слышно, как он не спал и как вставал и подходил к тарелке с крыжовником и брал по ягодке. Я соображал: как, в сущности, много довольных, счастливых людей! Какая это подавляющая сила! Вы взгляните на эту жизнь: наглость и праздность сильных, невежество и скотоподобие слабых, кругом бедность невозможная, теснота, вырождение, пьянство, лицемерие, вранье... Между тем во всех домах и на улицах тишина, спокойствие; из пятидесяти тысяч живущих в городе ни одного, который бы вскрикнул, громко возмутился Мы видим тех, которые ходят на рынок за провизией, днем едят, ночью спят, которые говорят свою чепуху, женятся, старятся, благодушно тащат на кладбище своих покойников, но мы не видим и не слышим тех, которые страдают, и то, что страшно в жизни, происходит где-то за кулисами. Всё тихо, спокойно, и протестует одна только немая статистика: столько-то с ума сошло, столько-то ведер выпито, столько-то детей погибло от недоедания... И такой порядок, очевидно, нужен; очевидно, счастливый чувствует себя хорошо только потому, что несчастные несут свое бремя молча, и без этого молчания счастье было бы невозможно. Это общий гипноз. Надо, чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком и постоянно напоминал бы стуком, что есть несчастные, что как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему свои когти, стрясется беда — болезнь, бедность, потери, и его никто не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других. Но человека с молоточком нет, счастливый живет себе, и мелкие житейские заботы волнуют его слегка, как ветер осину, — и все обстоит благополучно.«

Когда-то мы изучали в школе русскую классику, и всегда центральное место в ней занимала проблема предназначения человека в этом мире. Религия ответа на этот вопрос не давала никогда. Она отсылал человека в неведомое загробное будущее, призывая в этом мире терпеть, смиряться и уж ни в коем случае не быть честолюбивым. Но люди, деятельные, умные, озаренные светом идеальной совершенной мечты, говорили людям: «Безумству храбрых поем мы песню», потому что смысл жизни человека в совершенствовании себя и мира вокруг. « Смысл жизни в красоте и силе стремления к цели, и нужно, чтобы каждый момент бытия имел свою высокую цель.» (М.Горький)

«Крыжовник», и «Ионыч» А.П. Чехова, «Песнь о Соколе» и «Песнь о Буревестнике» Горького, демонстрировали нам образы и мысли о смысле жизни и о цели, ведущей в будущее ради блага человечества. Оставить след в жизни, созидать себя трудом и стремлением к истине, не замыкаться на примитивном тусклом существовании ради собственного удовольствия.

Нет ничего страшнее обывательщины, убогого существования без мечты и цели, говорили нам писатели и вся наша жизнь. Цель должна быть иная, чем уютная квартирка и сытная еда.

Но оказалось, что мещанское существование и есть желанное будущее большинства. Обыватель – это столп общества и не только прошлых веков, но и нашего настоящего. 

Больше нет причины беспокоиться о том, «чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы». Больше не надо петь песню безумству храбрых. 

Что есть мещанство, филистерство, как называли социал-демократы 19 века? Это ведь не просто мечта о сытой жизни и покое. Это полное устранение от активной творческой жизни, от переживаний о ближнем, от стремления к справедливости и защите гонимых. 

«Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан».

Но я не буду писать о гражданственности или о высоких идеалах, которые всегда двигали человечество вперед и вверх: Per aspera ad astrum – Через тернии к звездам.( Любимый афоризм одной из дочерей Карла Маркса.)

Теперь у нашей молодежи популярны не гражданственность, пионеры-комсомольцы, стройотряды и песни у костра, а так называемая псевдо культура АУЕ, компьютерные игры, соцсети с лайками и селфи. 

СМИ сообщили, что в Санкт-Петербурге подростки устроили в центре города погромы, избивая при этом людей. Как рассказал один из пострадавших, он возвращался домой через парк вместе с женой, в какой-то момент молодые люди подошли к ним и «начали хамить просто так». После напали вчетвером, сломали нос, повредили челюсть. К карете скорой помощи подошли и другие пострадавшие, сообщает РЕН ТВ. По данному факту возбуждено уголовное дело.

Причина подобного поведения, конечно, не образование и не его реформирование, о чем говорят Милонов и Толстой.

«Те, кто уничтожил воспитательный процесс в школе, к этому шли. Это те люди, которые хотели деморализовать школу, чтобы система обучения деградировала. Дети всегда тянутся к каким-то идеалам. Когда в школе им не предлагается ничего или старушечьи идеологии, они ищут что-то другое.

Эта проблема касается не только Петербурга, но и всей России. У нас эти социальные сироты – это 50% детей, потому что они живут в неполных семьях или их воспитанием никто не занимается».

Неполная семья – это не социальный приговор. Причины могут быть разные и воспитание одной матерью или одним отцом детей давали примеры высокого качества. И наоборот, муж, не уважающий свою жену, может стать самым негативным образом при формировании личности ребенка. 

Вице-спикер Госдумы Пётр Толстой нашел другую причину в том, что подростки напали на жителей Санкт-Петербурга. Для него вся вина лежит на «идиотских» реформах образования. По его словам, «это не просто хулиганская выходка каких-то отморозков», а «очередное звено цепи», начало которой связано с данными изменениями. 

Трудно сказать, что идет впереди их риторики непонимание или ангажированность. Но взрослые люди должны были бы понимать, что ни образование, ни медицина, ни книжки-фильмы не составляют социальную среду общества сами по себе. Они – продукт всей системы, которая давно задействована у нас под скромным термином «рыночная экономика, но на самом деле самый натуральный капитализм. И этому капитализму нужно найти выход из кризиса, в который завела его система прибыли, основанной на потреблении.

Социальная нивелировка в уровне жизни, в возможностях и образе жизни сделало мир внешне и в отношении социальных правы и свобод единым целым. 

И хотя общество от этого не перестало быть антагонистическим, классовым и во многих слоях далеким от культуры, морали и нравственности, заметить это противостояние трудно. И чтобы не позволять внутри этого единого целого рождаться недовольству неравенством, безработицей, несправедливостью, недоступностью карьеры и хорошего заработка из-за невозможности получения высокого образования, нужно было насильно разделить это единое социальное пространство на тружеников и люмпенов или плебс. 

Это для них, нового плебса из низов, римляне провозглашали: хлеба и зрелищ. Это для них устраивают гей-парады и изобретают то «Синего кита», то АУЕ. Это им внушают, что исключительность не в творчестве, а в наглости, силе и деньгах.

Это все нужно капитализму, потому что он боится здравомыслия, глубоких чувств сострадания и любви, для которых потребление никогда не были целью.

Развращение низов это особая цель и задача капиталиста на сегодняшний день. Обывателю внушается, что нет ничего лучше, чем мещанское бытие конформиста. Пусть подростки избивают друг друга, пусть преображаются ребята в девочек, пусть считают бессмысленный сленг оригинальностью и верхом свободы, обыватель должен радоваться тому, что имеет: работа, дом, жена, дети. Что нужно еще человеку, когда грубая действительность полна насилия, оскорбления традиций, безнравственности и безответственности?

Хулиганствующих подростков власти рано или поздно усмирят, а вот обывателя приучат видеть в своем узком мирке весь смысл бытия. 

Обычного человека всегда тянет к «крыжовнику» со своей грядки: иметь свое и непременно то, что делает его по его мнению, исключительным. Самая высшая цель обывателя – иметь то, чегго нет у других, но не знаний и таланта, а иллюзии.  Он счастлив тем, что у него есть то, чего нет у других, что он может стать и художником, и артистом, и певцом. И все его уверенности в себе поощряются и награждаются. Творчество на уровне садовой лавочки и самовыражение в тарелке крыжовника.

Натуральное хозяйство, ремесленная мастерская, пивная для отдыха и караоке-бар. Что еще нужно человеку? Так жил мир тысячи лет. Так суждено ему вновь жить будущие тысячи лет.

Капитализм и коммунизм поспорили, взбудоражили общество, заставили человека бороться за идеальную мечту, за совершенство и духовную красоту. Социализм поставил интересы общего, интересы будущего над личными сиюминутными интересами и проиграл. Оказалось, что у человека не хватает сил и энергии быть героем. Он видит свой идеал в мещанстве и обывательском существовании.

«Однажды учитель велел двум ученикам обойти окрестности и найти как можно больше загадок. Ученик — филистер вернулся через день и рассказал: — Ничего я загадочного не увидел, учитель. В нашем районе есть и лес, и горы, и море. Есть также несколько селений и один город. Все земли давно изучены и всем знакомы.  Всё скучно и обыденно. Второй ученик пришёл только через неделю и сказал: — Извините, учитель, что я не успел обойти все окрестности. Я не посмел дольше задерживаться, хотя мне не хватило времени, чтобы собрать все загадки. Рано утром я вышел на поле. Тут же вокруг меня появились тысячи загадок. Почему каждый цветок прекрасен, но все они разные? Почему капелька росы маленькая, а в ней отражается всё небо? Почему Бог создал так много разных трав? Ученик рассказывал долго, пока учитель не прервал его вопросом: — Где ты ещё успел побывать кроме поля? — После поля я пошёл на берег моря и встретил там другую тысячу загадок. Почему вода в море солёная? Почему Бог создал водных и земных животных?.. До вечера ученик рассказывал о загадках, которые он собрал, и закончил рассказ словами: — Больше я никуда не успел сходить, учитель. Слишком много загадок было вокруг, а я ещё так мало знаю ответов на эти загадки. — Ничего страшного, — ответил учитель. — Для мудреца всегда вокруг тысяча загадок, и только для глупца — филистера — всё ясно. Иди и отгадывай. Мне больше нечему тебя учить.»

Недавно один блогер спрашивал: « Почему молодое поколение уже не знает кто такие Белов, Свиридов, Иванов, Шергин. Зато в курсе всех подробностей брака Краско...». И сделал вывод, что виноваты журналисты, которые «не сеют разумное, доброе, вечное». И снова ошибся.

Мир капитализма – это в конечном счете мир филистера, обывателя. Заурядный ум обывателя как в притче видит все упрощенно и ограниченно. Ему все ясно. И возбуждается он только от скандалов, зрелищ без мысли и выводов, от угрозы собственному благополучию.

Журналисты же продают этому филистеру то, что он хочет видеть и чем интересуется, за что будет платить. 

Ладно, Свиридов. Никто не помнит героев классики, которую изучали в школе, которую навязывали и заставляли запоминать. Интересоваться миром прошлым и настоящим, искать жемчужные зерна в навозе, делать открытия, переживать и сопереживать – это требует усилий умственных, эмоциональных, познавательных. Это тоже работа, но не физическая, а духовная.

Сейчас в моде религия. Все стали верующими и посетителями храмов. Если молодежь не знает Свиридова, то уж неофиты должны интересоваться тем, во что верят.

Но спросите у молящихся в церкви, что поют, кто написал, какой распев. Они не ответят, потому что им неинтересно. Они пришли получать для себя исполнения желаний, а не отдавать жар своего сердца. 

Они не понимают хорового пения, они не понимают, кто и когда писал музыку для церкви, уж не беря в расчет трудности церковнославянского языка. Но пение-то должно пробуждать мысли и чувства, желание узнать, чтобы еще раз услышать. Нет, никому это не интересно.

Таков человек и таковы его идеалы: меньше затрачивать сил на работу и больше получать физического удовольствия от внешнего раздражителя будь то еда, зрелище или обещание священника через Бога сделать его бессмертным.

Некоторые сетуют на то, что народ не хочет бороться за свои права. Ему объявляют смертельную пенсионную реформу, а он молчит и голосует за губительную власть. 

Но народ всегда обыватель. Только голод и смертельная угроза у порога могут выгнать его на улицу и протест. В остальных случаях нужны пассионарии, о которых писали классики, новые Данко. Но таковых нет. В Европе – индивидуализм. В РФ – особые условия, выражающиеся в простой формуле: если власть не платит тебе достойную зарплату, то у тебя есть право найти способ обогатиться самостоятельно.( Впрочем, сейчас эти особые условия расползаются по миру вместе с пониманием того, что богатые являются ворами и казнокрадами в гораздо большей степени, чем простые люди.)

Наемный работник имеет право украсть у хозяина, у государства, у ближнего. Бизнесмен имеет право обмануть покупателя, государство, партнера. Взятки за места и услуги, взятки в виде пополнения дохода за работу, взятки как подарки для будущего. Обман и фальсификации от продуктов до газетных статей. Коррупция в виде возможности обогащения на всех уровнях социальной лестницы. И все это ради возможности что-то купить и чем-то себя развлечь. И все это от уверенности обывателя в собственной исключительности. Обыватель освободился от внушаемой ему культурой идеи, что личность имеет цену равную ее труду и духовным затратам. Он признал себя центром мира и именно по этой причине ему все позволено. Но вопреки Достоевскому эта мысль поощряется самой церковью, а вовсе не атеизмом, потому что человек живет не для общества, а для Бога. А Бог его, этого человека, любит, очень любит и как любящий Отец простит ему все грехи.

Однажды пришлось узнать эту истину от священника. На признание одной женщины, что она в клинике часто берет оплату от пациента себе в карман, а не отдает ее в кассу, священник сказал, что она имеет на это право, потому что ей платят маленькую зарплату.

Но и тем, кто присвоил себе народное богатство, тоже не хватает денег на дворцы и яхты. Значит и они имеют право грабить народ. И так далее, по нисходящей.

Капитализм отлично понял филистерскую сущность человеческой личности. Он спекулирует на самых низменных страстях и пороках человека и потому в таком обществе не будет никогда популярно то, что не приносит денег.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic